Россия на перепутье

Можно ли из этих фактов сделать вывод, что с самого начала планировалось использовать эту серию терактов именно в таком качестве, а значит, команде Ч не просто была дана зеленая улица в надежде на ее умеренность, но кремлевская команда сама принимала участие в организации терактов.

Такой вывод на первый взгляд кажется логичным. К тому же, будь он сделан, он придется очень к месту определенным кругам, которые весь этот очерк распиарят как можно шире, создадут рекламу и т. п. Да и мне было бы после прошлогодних подлостей вполне уместно сделать такое предположение.

Однако, такого рода соображения хороши в журналистике, но не в аналитике. В аналитике важно отвлечься от эмоционального фона и интересов, а также строго следовать реальности. В реальности же теракты организуются все же не как предлог для тех или иных действий, а исключительно для отвлечения внимания от каких-либо крупных (обычно передельно-финансовых) операций. К тому же, как я уже писал весной, Кремль сейчас слишком слаб, чтобы организовывать такие масштабные силовые операции.

Поэтому все же следует сделать вывод, что в Кремле лишь воспользовались сложившейся ситуацией, чтобы отпиарить давно намеченную административную реформу, но не имели к организации терактов прямого отношения.

***

Впрочем, об истоках и перспективах этой административной реформы разговор особый.

Россия, страна большая и разнородная, в силу этого обречена на неустранимое противоречие между местными и центральными интересами. В результате обе мыслимые российской властью модели – централизм и федерализм – имеют свои фундаментальные недостатки.

Если назначение должностных лиц осуществляется из центра и эти лица ориентируются на волю центра, то центр оказывается вынужденным решать вопросы местного значения в гигантских объемах. Поскольку это непосильно, Центр пытается привести решение этих вопросов к единообразию, в результате чего игнорируются гигантские объемы местной управленческой информации, решения принимаются неоптимальные, экономика и интересы людей на местах страдают, страна оказывается в оппозиции к центральной власти.

Когда накал отношений власти и страны достигает апогея, власти приходится уступить местам решение всех вопросов. Местные парламенты и губернаторы избираются на местах, центр теряет львиную долю административной власти и способен управлять только через бюджет. Получается, что вопросы национального значения решают губернаторы, зависимые только от местных элит и местного населения.