Сладкая горечь магии

Чем-то большим.

Теперь, если мор заберет отца, у Рэн останется лишь тысячекратно умноженное ничто.

Такая жертва не может пропасть втуне. Решение поставить отца во главу угла должно что-то значить.

Опустив ладони на голый стол, Рэн посмотрела на длинные кривые пальцы, на грязные ногти, на воспаленную кожу вокруг них. Это не руки бездельницы. Хозяйка этих рук не привыкла сдаваться.

И она не сдастся.

Небо светилось зеленым. Воздух горчил. Рэн прикрыла рукавом нос, но запах просачивался даже сквозь кожу, сливаясь с привкусом отчаяния во рту.

Она спешила по дорожке в Уэллс, мчась через те же преграды, что и несколько часов назад. Тяжелое, полное тревоги сердце гнуло к земле.

Девушка опустила руку в карман и коснулась серебра, чтобы успокоиться. Это были остатки денег Тэмсин. Может, и глупо было тратить ведьмино серебро на лекарство бродячего торговца, но это было все, что Рэн смогла придумать с головой, затянутой мглой паники.

На городской площади осталось еще меньше народу, чем утром.

Булочница и ее жена уже ушли. Мясник тоже закрыл лавку. Остались только бродячий торговец и женщина, что продавала вялые букеты из трав.

– Этого хватит? – Рэн остановилась перед иссохшим мужчиной, серебро звенело в дрожащих пальцах.

– Что-что? – Торговец не поднял головы; он возился, переставляя крошечные стеклянные бутылочки. Ярко-фиолетовая жидкость весело булькала внутри.

– Вот серебро, – резко сказала Рэн. – Этого хватит?

Торговец наконец взглянул на нее.

– Хватит, девочка. А вот над манерами тебе бы поработать, – старик ухмыльнулся. Зубов у него не хватало.

Рэн сжала губы, пытаясь удержать вздох. Выдавила улыбку. Торговца лучше не бесить.

– Так-то лучше. – Тот протянул ладонь.

Рэн постаралась не морщиться, передавая деньги. Она знала, что это безрассудно, но отец болен. Она вечно теряла время, беспокоясь, но сейчас этого нельзя было допустить. Пора действовать.

Но торговец помрачнел, коснувшись серебра.

– Ох, милая, кого-то надули.

Рэн быстро окинула взглядом пустую площадь.

– Что вы имеете в виду?

Торговец сморщился:

– Это ведьмины деньги.

– Какие?

Торговец печально улыбнулся:

– Подделка. Я однажды выменял у ведьмы большой палец правой ноги на дар чуять поддельные монеты. Самое то, когда занимаешься тем, чем я, знаешь ли. В общем, дай-ка угадаю – эта раньше была пуговицей. В любом случае… – Он сочувственно пожал плечами и отдал монету обратно.