Колыбель мироздания: Падение

Я скажу моей экономке, мисс Хадсон, чтобы эту комнату, не открывали. – затем достав из кошеля пару монет и передав их Октиану, спросил: – Вот держи. Надеюсь, монеты подойдут? Медь, серебро и золото. Как никак, они тоже сделаны из меди, серебра и золота.

– Да. Проблем возникнуть не должно. – положив в карман монеты, ответил Октиан.

– Ну а что ты будешь с ними делать? И как это поможет твоей спутнице? – поинтересовался Аскольд, глядя на то, как Эвилин гладила Миру по спине, говоря: – Куколка, не болей.

– Всё просто. При помощи заклинания я соединю дверь этой комнаты с одной из дверей моего дома. И тогда, просто отворив её и пройдя внутрь, Мира сможет оказаться в нужном месте. – объяснил Октиан, вырвав из книги страницу.

– Ух ты. А я и не знал, что ты на такое способен.

– Хоть я и не обладаю колоссальной магической силой и мои способности не сравняться с тем, на что способны великие Лучезарные. Но, имея нужные знания и время на подготовку, я вполне могу сделать всё то, что и они.

А разлом в пространстве и времени не требует сложных обрядов, если иметь определённый договор и знать, что делать. А дальнейший процесс осуществляют сами высшие силы, согласно договору. – объясняя, ответил Октиан, разрывая вырванную страницу на мелкие кусочки.

– Весьма интригующе, пожалуй, я посмотрю на это. – его брови даже приподнялись от любопытства.

– Что ж, тогда слегка отойдите в сторону. Я приступаю.

Взмахнув рукой, Октиан повсюду разбросал порванные кусочки страницы.

Падая на пол, они, мерцая как стеклышки, начали преломлять солнечный свет, а затем растворились в воздухе, не пропуская и поглощая солнечные лучи. Впоследствии, на протяжении определенного времени, свет солнца, исходящий из больших окон, перестал освещать округу. И если бы не свечи, то весь коридор погрузился бы в непроглядную темноту.

Тем временем Октиан, достав из кармана монеты, протянул раскрытую ладонь в сторону Рави и та вылила содержащуюся в ней кровь на монеты.

Сжав в кулаке окровавленные монеты Октиан начал читать заклинание и с первых же его слов воздух внутри дома стал более разреженным.

– «Ин игне манус Деус!»

Его рука тут же воспламенилась и выглядела теперь словно раскалённая сталь. Не выдерживая жара, исходящего из его рук, монеты начали плавиться и вытекать из его рук подобно воде. Но, не достигая пола, вся эта жидкая субстанция, стала парить в воздухе, разделяясь по отдельности на все элементы.