Полицейский

– Крутовато.

– Что и говорить, господин Бахтин, люди с размахом.

– У кого они еще были?

– Да почти у всех. Сеть создают. Фирму хотят сделать – сначала всю скупку краденого в свои руки взять, все «мельницы». А потом и остальное.

– Где их можно найти?

– Не ведаю пока.

– А долго это «пока» будет?

– Так к утру, крайний срок к полудню. Этот Красавчик обещал ко мне зайти завтра, в это время, за ответом.

– Брать его у тебя нельзя.

– А зачем его брать-то? Я за ним своих ребятушек пошлю, они его и отпасут в лучшем виде.

Бахтин задумался. Дело представлялось серьезным. Он знал, что ребятушки Каина вполне могут отследить Красавчика. Но риск.

– Вы не сомневайтесь, Александр Петрович, отпасем в лучшем виде. А ваших он срисовать может, больно уж парень битый. Ну что ж, тот, кто не рискует, не побеждает.

– Хорошо. Гостиницу «Виктория» знаешь?

– Это на Казанской?

– Да. Дом 65. Буду тебя ждать в седьмом номере, в обед.

– Так у всех, Александр Петрович, обед по-разному.

– В три часа.

И снова двор этот опасный, снова темнота и зловоние. А окно-приманка горит по-прежнему. И Федор у арки из темноты выплыл.

– Ваше высокоблагородие, погодите чуток. Тут случай один случился.

– Что за случай случился, Федор?

– Никита! – крикнул Федор в темноту. – Расскажи, как дело было.

– Только я на свет не пойду, – раздалась в ответ чья-то скороговорка.

– Да говори ты.

– Так, как они, то есть их высокоблагородие в двор-то зашли, за ними фраер какой-то шасть.

– Откуда, откуда? – Бахтин шагнул на голос.

– Ты, ваше высокоблагородие, слово не рушь. Я же сказал, на свет не пойду. Стой, где стоишь.

– Да стою. Тебя, если понадобится, по голосу найду.

– Так оно и бывает. Делай доброе дело. Помог калеченому, а меня теперь в острог.

– Где калеченый?

– Да мы его на улицу снесли, на свет значит. А лопатник подобрали.

– Вот лопатник, – протянул Федор бумажник.

– Посвети-ка.

Федор чиркнул спичку. Бахтин вынул из бумажника карточку сотрудника наружного наблюдения Охранного отделения. Любопытно, что могло привести сюда филера. И почему он шел именно за ним. Совпадение? А может, штучки парижской резидентуры?

– Деньги были?

– Не знаем, – истово сказал Федор.

Спичка догорела, и он плюнул на обожженные пальцы.

– А револьвер?

– Так мы что нашли, то и отдали.