Приступить к ликвидации

Ты кому в одиннадцатом Сафонова Николая Михайловича, он же Собан, сдал? А Комелькова? А Гришку Адвоката? Так они нынче все на свободе. Я им шепну, а ты знаешь, они мне поверят, ножичками тебя на ремешки нарежут.

– У-у-у, гад! Ни пуля тебя, ни нож не берут! – завыл, забился головой об стол Каин.

– Кончай истерику. Понял?

– Все понял, – поднял голову от стола услужливый старичок, – все понял. Только вы меня…

– Ты мое слово знаешь.

– Знаю. Печать слово. Да и пригожусь я вам по этому времени смутному.

– Пригодишься.

Бахтин встал.

Как гора поднялся на Сретенском бульваре дом страхового общества «Россия».

Запирала въезд во двор чугунная ограда. Ночь надвигалась, и гасли в доме окна, одно за другим.

Мартынов, прижавшись лбом к стеклу, смотрел на бульвар. Шло время, били часы. Никого.

Вот уже полночь куранты пробили. Потом отбили половину.

Прошел по бульвару поздний трамвай, поискрил дугой. И опять пусто. Даже прохожих нет.

Машина появилась внезапно, словно стояла долго где-то рядом.

Мартынов вздохнул с облегчением, повернулся к сидящим чекистам:

– Начали.

Из машины вышли четверо. В кожанках, фуражках со звездами. Маузеры через плечо. Болтаются у ног деревянные кобуры.

Постояли во дворе. Поговорили о чем-то. Потом к подъезду.

Вошли. Семен сегодня за старшего был.

– Значитца, так, поднимаемся. То да се, из Чеки мы, вот бумага, давай ценности. Он, конечно, упрется, вот тогда, Туз, ты его и погладишь.

– Ясно. Пошли, – глухо, как в бочку, сказал Туз, вытащил из кармана сухарь и начал жевать.

Они подошли к лестнице…

Вниз спускались Данилов с Ниной. Он одной рукой поддерживал девушку под локоть, в другой нес желтый саквояж.

Прошли мимо четверки в кожаном. Хлопнула дверь подъезда.

– У-у, фраерюга, – скрипнул зубами Семен.

На третьем этаже дверь нужной им квартиры полуоткрыта. Бандиты остановились. Достали оружие. Семен толкнул дверь.

В прихожей беспорядок, раскиданы пальто, обувь, книги.

– Эй! – позвал Семен. – Кто тут есть?

– О-о-о! – простонал кто-то в глубине квартиры.

Семен бросился к дверям гостиной.

Здесь тоже все было перевернуто. На полу лежал связанный Васильев.

– В чем дело, папаша? – Семен вынул мандат. – Из Чеки мы.

– Помогите… только что… Ограбили… Все забрали…

– Кто?

– Молодой мужчина и женщина.

– Мы их на лестнице встретили, – не прекращая жевать, сказал Туз.

– Ушли. Теперь ищи.