Чудовищные сны разума (сборник)

У тебя в доме есть какое-нибудь холодное оружие, посерьезней кухонных ножей и вилок?

– Не помню, – я пожал плечами, – пойду, погляжу на кухне и в чулане.

Я отправился на поиски, непрестанно думая о монстрах, Князе Тьмы, о насилии и холодном оружии – таком, чтобы им можно было снести голову с плеч. Топор, например, или шашка, или богатырский меч, или…

– Вспомнил! – прокричал я наверх, Людвигу, – вспомнил, у меня есть огромный тесак, наподобие индейского мачете. Сейчас я его принесу, он хранится в сарае.

Рядом с домом у меня располагалась небольшая пристройка, представляющая собой подсобное помещение. Из него я сделал сарайчик, в котором хранил всякую всячину – как нужные, так и совершенно бесполезные вещи. Имелся в нем и шкаф с инструментами, вот в нем-то и должно было находиться это самое «холодное оружие».

Обойдя здание, я подошел к дощатой двери и вставил в скважину ключ. От толчка дверь слегка подалась назад. Странно, неужели она оставалась незапертой? Обычно я всегда соблюдал аккуратность в таких вещах.

Впрочем, в связи с последними сумасшедшими событиями я не мог ничего утверждать категорично. Возможно, что я так и не запер сарай на замок перед отъездом за город.

Толкнув дверь, я вошел в темную прохладу подсобки. Пощелкал выключателем и убедился, что освещение не работает. Наверное, лампочка перегорела, нужно будет заменить. По проходу меж нагромождений всевозможного хлама я двинулся в правый дальний угол, где находился шкаф, а в нем – нужный мне предмет.

Тесак оказался на месте и выглядел не просто внушительным, но и достаточно острым. Я ведь сам его наточил недавно, вспомнилось мне. Этим тесаком я пользовался при разделке мяса, заменяя им обычный в таких случаях топор. С оружием в руках я почувствовал себя уверенней.

Не теряя времени даром, я направился к выходу, когда необъяснимое предчувствие близкой опасности вдруг пронзило меня. От неожиданности я даже вздрогнул и застыл возле дверного проема.

Что за тревога посетила меня сейчас, здесь? Затаив дыхание, я старательно вслушивался в любые звуки. Вот пчела пролетела мимо сарая, вот раздался трепет крылышек какой-то пичужки, а вот ветер зашелестел листвой садовых деревьев. Но здесь, внутри сарая, воцарилась полнейшая тишина, оглушающая слух. И можно было подумать, что мир вокруг замер, уснул крепким сном, если бы не разнообразные звуки, раздающиеся снаружи.