Гнев

Потом руководил производством видеорекламы и вскоре ушел из штата телекомпании, стал независимым продюсером.

– А что так – не сработался с начальством?

– Нет, что ты, они такими кадрами не разбрасываются, это я без ложной скромности могу сказать. Просто однажды я понял, что, работая в частном порядке, добьюсь большего, чем сидя на окладе госслужащего. С тех пор я уже несколько лет как сам себе голова, опять же и почетно, и выгодно в денежном плане. Я организовал свою фирму, зарегистрировался, как положено, и кручусь понемногу.

– Интересно. А в чем заключается твоя работа?

Алексей принялся с увлечением рассказывать о специфике работы продюсера, о различных категориях продюсеров в мире кино– и видеобизнеса, не забывая прикладываться к очередной рюмке.

– Это настоящее искусство, быть продюсером, – с видом ошеломленного человека покачал головой Маугли. – Целая совокупность знаний, навыков, наработанного опыта и связей.

– А ты как думал, – с довольным видом ухмыльнулся Алексей.

 – Самое главное – имидж и устоявшееся положение. Если тебя знают и заказчики, и исполнители, если тебя уважают и доверяют тебе, то нужно еще немного сноровки и изворотливости, чтобы большинство заказов было у тебя в кармане – тогда ты становишься удачливым шоу-бизнесменом.

– Каким стал ты?

Алексей ненадолго задумался, затем, соглашаясь, кивнул:

– Да, я действительно стал таким, пусть и не сразу. – Он откинулся на спинку стула и махнул рукой официанту, указывая тому на опустевшую бутылку.

Положение было мгновенно исправлено, на столе появилась еще одна, на сей раз с шотландским виски. В этот момент в бар зашла компания веселых молодых людей и заняла столик у противоположной стены. Бросив в их сторону незаметный взгляд, Маугли с удовлетворением отметил, что «объект» на месте. Теперь все зависело от его расторопности, умения сымпровизировать на ходу. Он решил не спешить, дождаться удобного момента, чтобы одним махом покончить с этим делом, да так, чтобы самому не засветиться.

– Значит, ты неплохо устроился? – поинтересовался он у своего друга.

– Это еще мягко сказано! По сравнению с множеством молодых, да и более старшего возраста неудачников я сейчас сижу на коне, могу себе позволить не подсчитывать копейки и не глядеть с тоской в завтрашний день.

Алексей проглотил небольшую устрицу и поднял рюмку, приглашая своего друга выпить:

– Ну, давай, за нас и наше процветание.