Имя ему – Легион

 – Я ничего не могу разобрать!

– Он падает, – только и успел выговорить Клей, как в Арона буквально влетела еще одна гарпия и, с силой ухватившись за него, подбросила его вверх. Там его тут же подхватили еще несколько тварей и понесли в сторону пригорка, с которого они сошли минуту назад.

Поднявшись выше, гарпии с силой рванули тело в разные стороны, и Клей услышал звук раздираемой плоти.

– Нам необходимо вернуться, – проговорил Никос, делая пару шагов в обратном направлении.

– Не чуди! – ответил Клей, разворачивая его в необходимую сторону.

 – У нас осталось незаконченным одно дело.

– Ты в своем уме? – закричал священник. – Скольким еще необходимо умереть, чтобы ты бросил эту затею?

– Выполняй, что от тебя требуется! – угрожающе посмотрел на него Клей, и Никос впервые увидел, как его зрачки увеличиваются и заволакивают черной, непроглядной пленкой глаза целиком. – Вот он!

Никос посмотрел в ту сторону, куда указывал рукой Клей, и сразу же наткнулся на дерево с маленькой точкой от луча.

«Если присмотреться получше, – подумал он, – то можно увидеть очертания лица и тела, которые скрывает тонкая кора».

Оглянувшись на Клея, он увидел его взгляд и вновь направился к дереву.

– Сейчас, – проговорил он, в спешке доставая из-под одеяния неприметную книгу и одновременно с этим касаясь ствола дерева.

– Сколько времени тебе необходимо? – спросил Клей, поднимая с земли использованную обойму арбалета и нажимая на неприметную кнопочку. Тут же со стороны, куда он целился, раздался еле различимый в крике деревьев треск, и все стрелы заняли свои места в нишах.

– Буквально пару минут! – выпалил Никос, после чего повернулся к дереву, которого касался, и начал читать: – Богу вверяю душу твою, как тело мы отдаем земле нашей. Нет грехов тяжких, есть непрощенные. Нет деяний греховных, есть неосознанные. За тебя прошу у Него и Ему же отдаю тебя…

Под его ладонью ствол начал иссыхать прямо на глазах. Дерево, кричавшее до этого, успокоилось, слушая голос священника, после чего издало вздох облегчения.

Клею почудилось, что он различил в этом шуме спасибо от рассыпавшегося в труху ствола.

– Пора уходить, – повернулся к нему побледневший Никос и, не дожидаясь ответа, двинулся по еле различимой тропинке назад.

Клей еще раз посмотрел через проломленные гарпией сучья на небо и поспешил вслед за священником. Когда они поднялись на возвышенность, он обогнал Никоса и бросился к лежащей на земле Ирис.