Малиновый звон

Мне было просто обидно, что я не знаю, кто такой Никита Михалков и почему депутаты и чиновники включены в список добропорядочных лиц.

А господин в чёрном костюме продолжал:

– Якин Федор, вот такого-то года рождения. Скандальный журналист и такой же запойный пьяница. Изменяет жене и Родине. Двуличен и ложно оппозиционен во всём. В начале карьеры он написал художественную жалобу на своего редактора (прекрасную женщину!) и с тех пор её не принимают на работу, даже в сфере дешёвого интим-досуга. В периоды финансового кризиса занимается стравливанием губернаторов и олигархов, на чём скотским образом наживается.

Талантлив. Но использует свои способности во вред обществу и препятствует созидательной деятельности государственных мужей. Активен. Не брезгует никакой информацией для опорочивания достойных граждан. Не любит физической работы. Осторожно признаёт Бога и не верит в сатану. И это с его-то познаниями в теологии. Идиот!

Все вздрогнули, когда оратор выкрикнул последнее слово. Я сразу понял, кто читает наши характеристики, да и остальные тоже.

Якин побледнел. Он почувствовал, что пиздец не за горами и даже не за холмами.

Грохотов почесал затылок и вздохнул, словно святой Валентин. А воздух содрогался под давлением его личного дела.

– Грохотов Владимир. Водитель первого класса. Личный шофер мэра города Н-ска. Подвержен блуду, наравне со своим начальником. Пьёт большими дозами грешные напитки и склонен к мордобою. Атеист в седьмом поколении. Спекулирует запасными автозапчастями, а на полученные средства покупает спиртное.

Он не так опасен для общества, как предыдущие негодяи. Но, тем не менее, потенциально не нужен. Короче, может пойти «паровозом».

Сатана, перевел дух и продолжил:

– Гражданин Заира Зуаб Тхото. Сын вождя племени Транды, случайно попавший в Россию с дружественной делегацией по приглашению Н-ской городской администрации. Крепко попал под дурное влияние вышеперечисленных лиц и совместно с ними пропивает часть денег своего племени, собранных для необходимой взятки на предмет закупки списанной сельхозтехники.

Всесторонне открыт порокам. Дерзок и опасен.

Все смотрели теперь на негра, который продолжал скалиться в открытой дикой улыбке, с трудом понимая речь оратора. Нам, как стопроцентным подонкам, было приятно, что даже негр понял цену душевной свободы и цвет кожи не имеет значения в выборе настоящих ценностей. Браво, Зуаб!

– Выслушаем обвиняемых, – сказал Сатана, зыркнув зелёными глазами на меня.