Малиновый звон

Структура наших организмов была иная. Это и хорошо, и плохо. Хорошо, что мы ещё потенциально живы, а плохо потому, что нам надо было жрать, срать и ещё всяко там.

А ещё бухать нам хотелось, как настоящим людям. Но с этим тут напряжно. Впрочем, как и с женским делом. В бабских бараках было этой красоты порядком, но они как бы фантомны были, то есть призрачны. И грешить с ними – всё равно, что трахать одинокое летнее облачко или дым от кадила.

Впрочем, оттянуться по-взрослому можно было и здесь, если у тебя имелись деньги.

А их у нас хватало. Умница Зуаб ещё в зале суда успел спрятать баксы в свою чёрную задницу и теперь это наша великая тайна (в смысле не задница). Так что по вечерам у нас случались и бляди-лимитчицы из городских борделей, поставляемые подкупленными вертухаями, и неплохая самогонка от цыганок с Лесной. Днём по колонии можно было передвигаться в открытую, а ночью инкогнито.

Зуаб жил с неграми в бараке напротив.

В нашем бараке, кроме Геббельса, собрались нормальные пацаны.

Хой, как смотрящий, падлянок не допускал. «Цветных» извел как клопов и администрация не могла доебаться до нас по-серьёзному. Поэтому давила работой. Но это лучше, чем курвиться и «стучать» на ближнего, как поганых бараках с политиками и чиновниками.

Отдельно от нас, на пыльном пригорке, располагались помещения для вольнонаёмных – обслуги, стражников, прорабов и прочей братии. Кстати, там тусовался и снабженец Тухленко, привычно наёбывая строительство в поставках стройматериалов.

Их возили на «убитых» ГАЗонах и ЗИЛах. Начальство гарцевало в «заряженных» «Москвичах -2141» и «Одах».

В общем, как и на грешной Земле, в загробном строительстве процветало стандартное наебалово и, конечно же, коррупция. Но тут каким-то замысловатым образом смешались разные экономические формации. Было и рабство, и вселенские планы, и инквизиция, и социалистические соревнования. Мне это сразу не понравилось и в душе моей копилась пролетарская ненависть к эксплуатации и зрело самосознание.

Эта вот ненависть и сыграла с нами плохую шутку в скором времени. Ну да ладно.

Тут грели руки все, кто был ближе к администрации. А работяги получали свои трудодни и какие-то бонусы. Деньги платили через раз и с подоходным налогом в 25 %. Нахуй только он тут был нужен? Поэтому грешники пили через одного, попадались также через одного, лишались премий и получали дополнительные сроки. А сроки тут не малые – тысячелетия.