Заговор врагов

Так, например, в дивизию особого назначения Ягодой был направлен Фриновский; в ГУПВО – Канцельсон и Коган; в школу ВПШ – Лепсис; в школу ТОГПУ – Лейзерсон; в ЭКУ – Прокофьев, Слуцкий и Гай; в ячейку ОГПУ – Миронов; в секретный отдел – Агранов; в ИНО – Горб; в ИНФО – Алексеев, затем – Паукер, Шанин и другие.

Помню, что об опасности подпольной группы правых, созданной в ГПУ, в которую входили Ягода, Фриновский, Погребинский и другие, сигнализировали коммунисты на своей партийной конференции в Сокольниках и на партсобрании ячейки ОГПУ.

Таким образом, к 1929 году в руках правых ягодинцев с молчаливого согласия Менжинского оказались все командные позиции в ОГПУ: оперативные отделы и вооруженные силы.»9

Из протоколов допросов видно, что Ягода использовал шантаж и угрозы для подчинения себе людей в системе ОГПУ и вне ее. Вместе они прикрывали правых. Авель Енукидзе в своих показаниях 30 мая 1937 года сказал:

«Главная роль Ягоды в организации правых, по словам Томского, заключается в обеспечении безопасности работы правых и партийных организациях, воинских частях и т.

Бывший 1-й секретарь коллегии ОГПУ СССР Павел Буланов в своих показаниях от 25 апреля 1937 г. добавлял:

«Общий курс Ягоды в те годы (1932-35гг.) был направлен на сохранение кадров правых, троцкистов и зиновьевцев. Кипы агентурных сообщений, прямые данные об их активной контрреволюционной деятельности разными канцелярско-следственными способами консервировались, не реализовывались, смазывались.

Их прикрывали, поэтому антисталинский заговор был настолько масштабным. Это же было причиной того, что шпионы чувствовали себя безнаказанно. За шесть последующих лет в заговор были вовлечена большая часть партийных деятелей, все секретари обкомов, большинства горкомов, секретари ЦК и даже члены Политбюро. В заговоре принимали участие основная часть высших военных руководителей, почти все командующие военными округами, руководители Генштаба и три маршала СССР из пяти. Заговорщики проникли в Кремль, им присягнул комендант Кремля Яков Петерс.

У читателя может возникнуть вопрос, почему же при таком раскладе переворот не был осуществлен? Есть три не противоречащих друг другу ответа на эти вопросы, вопервых нерешительность заговорщиков, трусость, отсутствие достаточного желания рисковать своим положением.