Черный Стрелок 2

Внизу, у входа в гостиницу, истомленный ожиданием Монах буркнул недовольно:

– Что они там, трахаются что ли?

– А-а-а! – Салават покрутил толстым пальцем перед носом Монаха. – Не только у тебя яйца есть!

– Да пошел ты!

– …Но только у тебя, Монах, мозги – в яйцах! – И загоготал, очень довольный.

Глава одиннадцатая

– Ну, молодец! Ну, Леха! Ну, орел! – Алексея тискали, похлопывали по спине, легонько тыкали в живот и вообще допускали по отношению к нему фамильярность, по строгим английским меркам совершенно недопустимую.

Шелеховскому организму, еще не избавившемуся от многочисленных ушибов, это не очень нравилось, но Алексей терпел. Потому что ему было чертовски приятно. Эти, может, и не слишком воспитанные мужики – его настоящие друзья. А друзей следует принимать такими как есть, даже если они не умеют пользоваться столовыми приборами и строить фразы в соответствии с правилами русского языка.

– А я думал, ты только головой можешь, – высказался даже скупой на похвалу Сивый.

– Эх, Леха, а мы тебя уже похоронили! – порадовал Монах.

– А теперь Хлебалку хоронить будем! – во все тридцать два зуба лыбился Салават.

– Ну ладно, ладно, всё! – вмешался Бессонов, заметив, что дружеские объятия не доставляют молодому человеку особенного удовольствия. – Давай, Алексей, рассказывай!

– Сначала – пара вопросов. Первый: что известно об Алене?

– Немного. – Улыбка сбежала с лица Бессонова. – Мы знаем, что она у Хлебалова. Это все.

– Второй вопрос: как Уж?

– В порядке! – Бессонов снова улыбнулся.

 – То есть, не совсем в порядке, конечно, но вчера вечером пришел в себя. Доктора говорят: кризис миновал, теперь пойдет на поправку.

– А вот подружка его, Павлова, куда-то пропала, – вставил Ленечка. – Обещала еще вечером приехать – и до сих пор нет.

– Может у дяди? – предположил Алексей.

Ленечка покачал головой:

– Нет. Мобильник ее не отвечает (это Леша и сам знал). Мне это не нравится.

– Мне тоже. – Шелехов чувствовал свою ответственность за Надю.

Она ему здорово помогла, а он фактически лишил ее покровителя. Сурьин ведь оказался в больнице не без его участия…

– Мне тоже это не нравится, – кивнул Ленечка. – Я думаю, отсюда надо срочно уходить.

– Уж нетраспортабелен, – напомнил Бессонов.

– Все равно риск слишком высок. – Ленечка нахмурился. – Ты знаешь, как я к Ужу отношусь… Но если до вечера нам не удастся найти Павлову, я категорически настаиваю на том, чтобы отсюда убраться.