Чистка. Часть третья

Из наркомата уходили приказы, которые получали региональные начальники, следом остальной состав и все привлеченные лица получали указания от своих начальников. Начальник УНКВД мог отдать приказ выявить и арестовать 1000 троцкистов, осудить их ускоренным судопроизводством. Для начальника органов происходящее никак не было большим террором, но значительным усилением работы, если в 1936 г. они арестовывали 100 троцкистов, то в 1937 г. 1000 и более.

В этом лежит ответ, почему бежавший в Японию Генрих Люшков ничего не рассказал о приказе № 00447, он про него ничего не знал, он проводил чистки по указаниям отделов ГУГБ, в которых не было ничего особенного, кроме значительного увеличения числа арестованных, многие из которых были уголовниками.

Вряд ли это стало бы интересно японцам.

Балаев далее пишет:

«А почему эта «тройка» получилась у фальсификаторов секретной и стала выглядеть полным идиотизмом? Да потому, что ее невозможно было сделать несекретной. Карательный орган государства вводится законом этого государства.

Так вводились «тройки» ОГПУ, так вводилось ОСО. Постановлениями ЦИК СССР. Но Постановления ЦИК подделать невозможно, они публиковались в печати, их уже невозможно засунуть в газеты и «Известия ЦИК». Пришлось фальсификаторам идти по единственно возможному пути – обнаруживать в архивах секретные документы. Которые не публиковались. Конечно, не обнаруживать, а стряпать их так, как позволяли умственные способности этих «ученых». [14 - Там же, стр. 134]

Все документы, которые противоречат его версии, Балаев отметает, просто заявляя, что это фальшивки. В его словах есть смысл, фальшивок в самом деле много, но не все документы, их очень много. Например, указание Фриновского о том, чтобы не объявлять приговор осужденным лицам 1-й категории кажется сомнительным. Но в чем смысл появления этой предполагаемой фальшивки?

Автор «Мифа о Большом терроре» далее разбирает сам приказ НКВД 00447. Для начала придирается к формулировке «оперативный приказ»:

«И не только один внешний вид должен внушать опасения, что такую … вещь не могли принести на подпись целому наркому.

Название: «Оперативный приказ». У железнодорожников есть такие приказы, с названием «Оперативный». В НКВД приказы делились на категории: оперативные, кадровые и финансово-хозяйственные, – но никогда ни до Ежова, ни после него ни один приказ не носил названия «Оперативный приказ».