Два героя

Теперь там работают уже около тысячи индейцев, а золота добывается вчетверо меньше прежнего.

– В таком случае форт, вероятно, скоро покинут? – спросил Маркена.

– Нет, Маргарит намерен увеличить число рабочих-индейцев. С тех пор как схватили Каонабо, они смирились. Маргарит говорит, что не покинет Чибао до тех пор, пока не добудет из него последнего зернышка золота!

Он взглянул на саванну.

– Однако эта Ара, как бешеная, кружилась тут! Посмотри, какие повороты делает собака. Но вот теперь она бежит прямо к нам.

– Ара, говоришь ты? – спросил с притворным изумлением Маркена.? – Ты ищешь свою невольницу, Кастанеда? Прекрати охоту. Я хотел идти к тебе, чтобы поговорить об Аре. Она, так сказать, из любви дала тягу. Между Лигурией и Королевским двором разыгрывается романтическая история с похищением, и мы можем ее уладить.

Кастанеда взглянул на Маркену.

– Э! Значит, ты знаешь, где она?

– Да, она у меня.

В эту минуту из травы выскочил Бецерилло и, пробежав по краю саванны до того места, где стояли соседи, остановился, сбитый с пути множеством других следов.

– Браво, Бецерилло! – воскликнул Кастанеда.? – Ты и на этот раз прекрасно исполнил свое дело. Но в Лигурии не гоняются за индейским отродьем и потому довольно, Бецерилло. Не ищи донну Ару.

Он засмеялся своей шутке и сказал подбежавшим караибам:

– Ступай домой, Каллинаго. Я нашел Ару, она находится у моего друга. Возьми с собой собаку.

Каллинаго продолжал стоять.

– Взгляни на этого людоеда,? – засмеялся Кастанеда,? – он не хочет уйти без рабыни.

Иди же,? – приказал он,? – она здесь, ты оглох, что ли?

Кастанеда поднял палку. Только тогда караиб взял за ошейник собаку и, бросая кругом яростные взгляды, направился в Королевский двор.

– Ну-с, Маркена,? – начал Кастанеда,? – мы теперь одни. Я сгораю от нетерпения услышать роман, разыгравшийся в Лигурии.

Маркена дружески взял Кастанеду под руку и пошел с ним к дому. По пути он рассказал ему, как при лунном свете Энрико и Ара упали перед ним на колени.

При этом он старался придать всей этой истории комическую окраску. Кастанеда шел молча, по временам бросая на него пытливые взгляды.

– Надеюсь, ты даешь свое согласие? – спросил Маркена.

Они были уже на веранде, и через открытое окно спальни взгляд Кастанеды случайно упал на знакомый ему сундук. Он молча сел на скамью, и в воображении его развернулась карта, которую ему не удалось рассмотреть подробнее.