Хранители. Часть 2 Четыре тамги

А ведь помимо до сих пор не изученных аномальных способностей шаманов они ещё были хранителями секретов народной медицины, знатоками истории своего народа, его традиций, легенд и сказок. Выступали они и судьями в различных спорах. Раскулачивание и уничтожение богатых оленеводов также явилось большой трагедией для аборигенов Севера, потому что, как я уже рассказывал, каждый зажиточный хант или ненец всегда помогал более бедному соплеменнику, причём зачастую эта помощь была безвозмездной. И, естественно, против новой власти было много восстаний, которые жестоко подавлялись.

Глядя на то, как забирают стада и имущество сильных оленеводов, подчас уничтожая физически и их самих вместе с семьями, другие более-менее состоятельные оленеводы начали откочёвывать в глухие леса и тундру, чтобы спрятаться от этого откровенного разбоя. Собравшись тайком в тот зимний вечер в одном чуме, четыре главы богатых семей, которых ещё не успели раскулачить, думали, как им быть дальше, и в конце концов решили уходить на север, в земли самоедов. На следующий день они порознь отправились со своими семьями, стадами и работниками в путь и снова собрались вместе через шесть месяцев недалеко от Надыма, где объединились с самоедами, тоже недовольными советской властью. Где-то неподалёку от посёлка Нори они устроили совместное остяко-самоедское камлание и постановили бороться с советской властью до смерти. В Норях в то время располагалась рыболовецкая фактория, в которой находились несколько представителей новой власти из русских. Каким-то образом узнав о большом собрании туземцев, четверо представителей ОГПУ, агитработник и сочувствующий новой власти проводник из местных на трёх оленьих нартах прибыли на место собрания, чтобы выяснить, что там происходит. Всех их тут же поймали и принесли в жертву духам, ритуально задушив тынзяном[1 - Тынзян – плетённый из кожи оленя аркан.]. После этого остяки и самоеды принялись жечь фактории, убивать русских и сочувствующих новой власти местных, которых считали предателями своего народа. Количество бунтовщиков увеличивалось, но продлилось это недолго. В скором времени прибыли солдаты доблестной Красной армии и жестоко подавили мятеж. В живых остались только дети, женщины и старики. Их арестовали, а имущество, разумеется, забрали. Следователи были не новичками. Они знали, с кем имеют дело, и очень удивились, не найдя у зажиточных известных оленеводов ничего, кроме оленей и домашней утвари.