Элементы

Выдохни из легких воздух, пропитанный людской болью, желаниями и страданием, дай парусам упасть на реи перед тем, как они наполнятся, словно перси мадонны, принявшей в руки младенца, свежим молоком, таким же свежим ветром – всему нужен штиль после бури.

Теперь впусти в себя дух свободы, насыщенный ладаном, миррой, отзвуками песнопений, висящих под куполом нефа, и свечением очей тех, кто достоин взирать на тебя из-под иконных окладов, с фресок стен, с самих Небес Обетованных.

Сейчас ты целиком в Храме, ты принадлежишь ему, а он весь твой – от крестов, облюбованных стрижами и воронами в качестве наблюдательных пунктов, на куполах и шпилях до каменных подвалов, прячущих старинные надгробия, мощи святых и монастырские вина – Христову кровь, запертую в поседевшее от паутины стекло. Ты и приход, и священник, и служка, и нищий у ворот (не храма, но откровения), ты Храм в Храме.

Здесь и Сейчас ты – Истина в Истине, но Истина в скорлупе.

Подвижное, отделенное оболочкой от подвижного, есть не-подвижное.

Здесь и Сейчас ты – Путь внутри Пути, но слишком глубока колея, чтобы выскочить из нее, как ни старайся. Колея же, хоть и на широкой дороге, но может увести на обочину, поелику проторена не тобой, а родом твоим – многие крови смешались, прежде чем наполнили вены твои.

Войдя в Храм и захлопнув двери за собой, ты – Храм в Храме, открой себя, двери своего Храма, расколи скорлупу Истины и поменяй родовую колею-вену, а содеяв оное, осознай суть Святого Огня.

Как? Как штурман, вооружившись секстантом, определяет координаты судна по Полярному Светилу и прокладывает верный курс, так и ты, Храм в Храме, направляйся к своей путеводной звезде – аналою, его покатая спина держит Истину, Подсказку и Направление. И не будет лик твой удивлением озадачен в отличие от штурмана, спутавшего долготы по причине беспробудного пьянства и направившего несчастное судно на рифы, когда узришь перед собой Икону Троицы, она есмь Тайна, что откроется тебе прямо сейчас, как открывается взору впередсмотрящего неведомая земля, вынырнувшая из густого утреннего небытия.

В руках Троицы Святой Огонь, трезубец о трех пламенах. Пламя Сына – для огранки души, Пламя Духа Святого – для шлифовки, полирует же душу Пламя Отца Небесного.