Экзо

Даже голого и безоружного человека, что уж говорить о мурашах, обвешанных средствами уничтожения себе подобных. Или о мэре, с его слегка съехавшими набекрень мозгами и неуемной жаждой власти.

Празднование его победы было недолгим. Может, для некоторых, особенно из команды Хаммера, оно и продолжится еще всю ночь, однако Дрея через десять минут вели обратно в его конуру.

За свое ближайшее светлое будущее Дрей был спокоен. Как только мэр поймет, что чужак ловко обманул всех, но при этом оставил в живых сыночка советника, дал возможность всем достойно выйти из ситуации, то все успокоится.

На некоторое время уж точно.

Его вывели на улицу из той пародии на Колизей, в которой он только что сражался за свою жизнь. За жизнь, но не за свободу. Он снова был в жестких наручниках, хотя на этот раз стреноживать его не стали. Зачем? Он же должен был чувствовать себя победителем, перед которым открываются широкие горизонты. Перед которым скоро должны распахнуться все двери этого мурашника.

Это было парадоксально.

Теперь он стал лучшим другом охранников. По-крайней мере, двоих из них. Двое остальных, похоже, ставили на сынка советника. Поэтому заводить дружбу с заключенным как-то не торопились и молча шагали позади. Зато заработавшие на бое нано шли с ним чуть ли не в обнимку.

Дрей не раз задумывался о корнях, о первопричинах вражды между экзо и нано. Кто-то на высоких постах, когда они еще существовали, специально стравил две «расы» между собой? Или это сработала извечная любовь людей сбиваться в стаи? Когда не с кем становилось сражаться, стая дробилась и находила «внутреннего врага».

Не случайно же все более или менее сильные властители прошлого искали врага внешнего? Зачастую оказывалось, что им удавалось удержаться на грани мира и войны, одновременно избежав междоусобиц.

Домыслы, досужие рассуждения, которых Дрей, по большому счету, не любил. Конкретные дела, конкретные задания. И кровь людей на руках выглядит все равно как кровь, какие бы мотивы ни стояли за причинами ее появления.

Тем не менее, вражда экзо и нано не угасала. Только притухала, готовая в любой момент вспыхнуть с новой силой. Откуда бы ни брались ее истоки. Пока все, к чему два подвида сумели прийти – это расселиться по разным местам, пятнами раскиданным по карте. Расселиться, изжить друг друга. Победить в одном месте, быть подвергнутым геноциду в другом. Приспособиться к местной радиации, вирусам и составу воды в одном ареале.