О важности зла и пользе безумия

Мужчина, имеющий ребёнком девочку, как бы вступает в потенциальную договорённость с условным отцом какого-то мальчика, будущего мужа его дочери, как бы заявляя, что в грядущем успехе этого пацана есть и его заслуга, и таким образом может спокойно завершить свою историю. Мужчина без детей, если он, например, решил удерживать семя, считая, что мир или женщины не достойны этого, конечно, ничуть не лишается способности к воспроизводству. Либо же, если он имеет биологическую дисфункцию, ему всё равно может быть дозволено «лепить» себе подобного из уже рождённого ребёнка.

Хотя мужчина в таком случае, возможно, будет чувствовать на себе некий «порядок исключения». Опять же, он может всего этого и не делать, но просто знать, что способен, и таким образом иметь к этому потенцию.

Вернёмся к теме эссе – я собрался производить себе подобного, но у меня нет примера, как это делается. Нет фигуры моего отца. В том смысле, что, если бы я собрался делать скворечник из досок, неплохо было бы посмотреть, как это делает кто-то имеющий плотницкие навыки.

Либо же отец может существовать как человек, но меня он не устраивает – мне не нравится, как делает скворечник тот, кого мне дали в учителя. Такое ведь тоже может быть.

Здесь мне важно сделать замечание, что я намеренно взял самую базовую «мужскую» функцию, а сам принцип можно распространить на всё. Мужчины должны защищать семью? Юноша имеет потребность учиться этому у отца. Зарабатывать деньги? А как это делает отец? И так далее. Мне просто хотелось бы сократить эссе и не спорить о том, кто же всё-таки должен зарабатывать деньги.

Так или иначе, моя позиция по этому вопросу такова: без отца невозможно стать мужчиной. У юноши нет ни единого шанса, это абсолютно нереально. Поскольку, возвращаясь к базовой функции – производство семени для создания себе подобного, – без отца я не знаю, как создавали меня, а значит, у меня нет шансов создать такого же.

Позиция удручающая, пассивная, горькая, бесперспективная и, я думаю, непопулярная, поэтому вряд ли меня упрекнут в том, что я её у кого-то украл.

Но мои рассуждения на этом не заканчиваются, потому что отец – это не только биологический папа, это ещё и функция, фигура и самая высшая форма реализации архетипа наставника. А это значит, его можно спроецировать, подставить что-то на пустующее место. Даже не можно, а это и делается, неосознанно, автоматически, миллионами юношей, порой уже пузатых и бородатых, но так и не выросших, если они не смогли в этом достичь успеха.