Право на рассвет

А потом, когда ты вернешься к себе на небо, исцелишь его?

Это прозвучало несколько грубовато, но я не придал значения.

Однако Дайрон живо посмотрел на меня.

– Когда вернусь к себе? – произнес он задумчиво.

Повисла пауза.

– Итак, что мы решаем? – озабочено спросил Миша. – Время-то идет! Между прочим, эти суперсолдаты не будут бесконечно сидеть на наркоте! И их исчезновение, сто процентов, уже обнаружено!

Он отрывисто спросил:

– Сколько у нас времени? Объективно?

– Немного.

* * *

– А что насчет взвода вампиров? – спросил Голубых, пристально рассматривая сверкающую панель лифта.

Вопрос прозвучал неожиданно и аккуратно уложенные волосы на затылке сопровождающего нас Вильяма Честера дрогнули.

Но ответа Миша не получил.

Отобедав, причем стол вызывал очень большое уважение, хотя ни Торн, ни Изначальный не соизволили почтить нас своим присутствием, а Дайрон к еде не притронулся, уже спустя несколько часов, мы покинули гостеприимный вампирский дом, точнее подвал, богатый на столь примечательные события.

К сожалению, в уменьшенном составе.

Гарри оставался где-то внизу. Прощаться я не пошел. Может, я и не прав, но если все получится, он будет с нами. Если же нет…

Значит, мы будем с ним.

Ходила Маргарита, и когда вернулась, скупо рассказали, что его подключили к новейшему оборудованию.

Новейшему, но не настолько, чтобы воскрешать.

На улице было пусто. Несмотря на предрассветный час, довольно часто встречались люди.

Ах да, это ж Лас-Вегас!

Прошли в обнимку две громко хохочущие девушки, наверное, после ночного клуба; неизменная, классическая бездомная с тележкой из супермаркета, полной жестянок. Что она забыла тут, в деловой части города? Вдали от спальных районов, гетто и сверкающих огнями отелей и казино, где толстосумы, подвыпившие туристы или сделавшие джек-пот на автомате везунчики могли бы щедро отстегнуть на чай-кофе дармовых деньжат?

Не спеша прошествовала группка подростков интеллигентно-криминального вида.

Медленно проехала полицейская машина, и сидящий рядом с водителем страж закона явно мексиканского происхождения внимательно осмотрел нас, высунув в окно вскормленную на фаст-фуде одутловатую физиономию.