Сборник научных и научно-методических работ: история, право, краеведение, методика преподавания

(8)

– «…Своенравие климата и почвы обманывает самые скромные ожидания, и, привыкнув к этим обманам, расчетливый великоросс любит подчас, очертя голову, выбрать самое что ни на есть безнадежное и нерасчетливое решение, противопоставляя капризу природы каприз собственной отваги. Эта наклонность дразнить счастье, играть в удачу и есть великорусский авось… Ни один народ в Европе не способен к такому напряжению труда на короткое время, какое может развить великоросс… Ему легче одолеть препятствие, опасность, неудачу, чем с тактом и достоинством выдержать успех; легче сделать великое, чем освоиться с мыслью о своем величии… Природа и судьба вели великоросса так, что приучили его выходить на прямую дорогу окольными путями.

Великоросс действует и мыслит, как ходит. Кажется, что можно придумать кривее и извилистее великорусского проселка? Точно змея проползла. А попробуйте пройти прямее: только проплутаете и выйдите на ту же извилистую тропу». (В. О. Ключевский) (6)

– «Добродушная любезность всего народа, от высшего чиновника до простого мужика». (Дж. Керзон) (9)

– «Американец борется с препятствиями, предоставляемые ему природою, русский борется с людьми. Один воюет с пустынями и варварством, другой с цивилизацией, находящейся во всеоружии; поэтому завоевания американцев делаются плугом земледельца, завоевания русского – мечом солдата. Для одного главное средство есть свобода, для другого повиновение».

(Токвиль Алексис) (12)

– «Русский мужик есть деловой мужик… Дело русского крестьянина – дело маленькое, иногда и нищее. Но это есть дело. Оно требует знания людей и вещей, коров и климата, оно требует самостоятельных решений…» (И. Л. Солоневич) (11)

– «В типической русской душе есть много простоты, прямоты и бесхитренности, ей чужда всякая аффектация, всякий взвинченный пафос…В русском человеке так мало подтянутости, организованности души, закала личности… Русский человек мало, способен к презрению, он не любит давать чувствовать другому человеку, что тот ниже его…Русская душа останется православной по своему основному душевному типу».

(Н. А. Бердяев) (1)

– «У последнего (русского) больше ловкости, чем прилежания, больше одаренности, чем знаний. Он может много сделать сразу, но он неусидчив в труде и не может приспособиться к однообразной, размеренной дисциплине немца» (А. И.