Стажировка. Термез

– А курсант, заходи – открывая дверь, сказал молодой парень, с коричневыми полными жизненной энергии глазами, которые вызывали невольное желание ему улыбнуться.

Начальник заставы капитан Лебедев в отпуске замещаю его я – заместитель по боевой части старший лейтенант Гришин Сергей Олегович, выпускник Алма-атинского училища.

Сергей был старше меня всего на пару – тройку лет и мы быстро нашли с ним общий язык, особенно когда он увидел на груди знак «70 лет ПВ». Знак ценный, вручался только прапорщикам и офицерам, но мне его вручил друг отца, после первой стажировки в Кирках, когда я обнаружил у своего бойца наркотики.

Я гордо носил знак, а полковник Прудько, заместитель начальника училища по строевой части, принципиальный офицер, постоянно его хотел снять, т.к. считал что, знак вручен «не по регламенту». Вот в таком противостоянии этот знак доехал до Термеза.

Гришин смотрел на знак как лиса на курицу, только не облизывался.

– С желанием, ехал на стажировку, в эту жопу мира? – мягко спросил Гришин, но все равно его вопрос прозвучал въедливо.

– Мы, Сергей Олегович, люди с вами военные, службу себе не выбираем и приказы не обсуждаем, – банально ответил я.

– Ну, ну да. – Гришин улыбнулся и взял за околыш фуражку. – Ну, что в отряде? Что говорят о моей заставе? Мне было стыдно сказать, что после ночи с Ларисой я проспал совещание, поэтому ответил расплывчато:

– Важный участок на правом фланге мост «Дружба» и вывод войск. Гришин довел мне кратко оперативную обстановку на заставе, особенности участка, характеристику личного состава и особенности службы.

Закончив, он посмотрел на знак и немножко запинаясь, предложил:

– Это… Эдуард (он почему – то всегда называл меря полным именем), давай так… Ты месяц кайфуешь, спишь, ешь, ездишь в город, по нарядам не шаришь… Я тебе ставлю пятерку за стажировку, а ты мне знак. У нас в отряде их нет, не за какие бутылки и деньги. Корочку то я найду, не проблема, а вот знак, в нашей деревне не сыскать…

Я задумался. По возвращению в Москву, знак то я по любому намучу.

Через отца, он в то время был начальником клуба Дзержинского на Кузнецком моту. Умный мужик из крестьян с торгово флота, прорвался без поддержки в столицу нашей Родины. В то время это был редкий почти невозможный случай. Сам добился всего, принципиальный, но единственного сына не бросал…

– Идет, – после паузы ответил я, и мы пожали друг другу руки.

– Пошли я представлю заставе, – сказал Гришин, вставая из-за стола.