Заметки непутевого туриста

Шутя над своими размерами (к слову, во мне 190 сантиметров и уже 140 килограммов), вместе с обслуживающим французом подобрал довольно приличное оборудование и даже купил пару ярких, интересных вещичек.

В дальнейшем при посещении магазинов и ресторанов наблюдали доброжелательное отношение местных жителей к русским. Нередко в общественных местах работали русские или французы, знающие «великий и могучий». И куда им деваться? В один из вечеров с супругой решили купить себе по куртке Монклер. Все 30 минут примерки французы носились вокруг как мухи, пытаясь найти 60–62-й размер Монклера.

Их старания и мое терпение были вознаграждены – становлюсь обладателем фирменного пуховика, похожего на парашют. Так вот, за эти 30 минут в магазине я увидел только одного француза, который испуганно примерил джемпер и быстро ретировался между тюками вещей, купленных многочисленными «рашами». Ну, фиг с ним, с этим горным шопингом.

Самое главное – это трассы Шамони… Подъемники уходили куда-то далеко в небо, трассы были похожи на гигантские лианы, пересекающиеся между собой и теряющиеся в лесах.

От яркого снега слепило глаза, горнолыжники как разноцветные мухи носились по склонам.

После приобретения скипассов, решили восстановить горнолыжные навыки на горке для новичков, где с криками и визгами катались подростки и дети. Поднявшись, казалось бы, на небольшую горку посмотрел вниз, где-то в глубине живота появился легкий холодок и возникло желание смешаться с толпой, сидящей в кафе.

Сын внимательно смотрел на меня и дабы он не отфиксировал на лице зарождающие признаки страха, отталкиваюсь и набирая скорость по прямой лечу вниз. Через 100 метров мужественно падаю под насмешливыми взглядами интернациональной команды детей.

Пара спусков с детской горки – мышечная память восстановилась вместе со скромным опытом, наработанным в Сорочанах, Буковеле и Волене. Переоценил свои возможности полез на красный спуск, набрал скорость, перестал маневрировать, стал похож не летящий неуправляемый бильярдный шар и как результат жесткое падение.

В голове брызнул фейерверк, жизнь курьерским поездом пронеслась перед газами.

Премного благодарен тому французу, который при подборе экипировки настоял на том, чтобы я взял себе шлем. Мое снаряжение разлетелось по горе метров на 20-ть. Начали останавливаться люди, позже меня собирала интернациональная команда, которой я и сейчас говорю «спасибо».