Cук*. По-другому не выжить!

На девочке была одета желтая маечка с короткими рукавами и черная короткая юбка. На правом плече висела небольшая белая сумочка, через которую в свою очередь была перекинута легкая бежевая "ветровка". Усевшись на скамейке, она перекинула ногу за ногу и, достав пачку "Мальборо", закурила. Выпустила дым вверх и, немного подумав, поставила сумочку себе на колени. Достала зеркальце, помаду, подкрасила губы и огляделась. "Вроде никого!"

Только после этого она выудила из недр своей "косметички" небольшую пачку денег и быстро, можно сказать профессионально, пересчитала.

– Черт возьми! – с ее губ сорвалось грязное ругательство в адрес матери-алкоголички. "Уже успела, падла, половину отцовской пенсии пропить. И когда только?"

Задумавшись, она зажала деньги в руке и уставилась на фонарь стоящий напротив. "Денег конечно, очень мало. Даже на билет до Москвы не хватит. Надо где-то достать еще. Но где…"

Рядом раздались чьи-то шаги. Из-за угла вынырнула патлатая, угловатая фигура. Пружина швырнула деньги в сумочку и прижала ее к груди.

"Этого еще не хватало!" В угловатой фигуре она узнала Геру, шизанутого панка, вечно до нее домогающегося. Увидев ее, тот сразу тяжело задышал и засверкал пьяными косыми глазами.

– Людмила, дорогая! Какая встреча!

Ей в нос ударило свежим перегаром, и она от омерзения поморщилась.

– Чего тебе надо, Гера? Только попробуй, пристань. Сразу по яйцам получишь!

– Ой! Ой! Ой! Какие мы недотроги,– нагло ухмыляясь, он расправил пальцы веером.

– Только не говори мне, что ты еще девочка.

Выпустив свои щупальцы вперед, он попытался вцепиться ей в плечо. Но Людка ловко нырнула ему под руку и выскочила из остановки.

– А ну, пошел отсюда, Гера, я тебя предупреждаю! Я Быку скажу. Он из тебя котлету сделает.

Из-за угла показались огни автобуса.

– Ну иди, иди, говори своему Быку! – Гера глухо рассмеялся. – Нету его! Был и весь вышел, твой парнишка. Посадили вчера.

Людка это знала, поэтому именем Быка воспользовалась так на всякий случай.

Не помогло! Ничего. У нее в арсенале было еще кое-что. Когда Гера опять приблизился к ней на расстояние вытянутой руки, Пружина чуть изогнулась и очень метко воткнула между ног мысок своей туфельки. Гера охнул и сломался у пояса.

Подошел автобус. Шипя, распахнулись двери. Людка вскочила на подножку и обернулась на красного как рак парня, который все еще держался за свое интимное место и медленно спускал воздух.