Икона. Монета. Два меча. Вывозу из России не подлежат

Это ему удалось с большим трудом. Пошатываясь, оставляя на земле и на траве пятна крови, заковылял к дому. В его груди кипела лютая ненависть. Его, Крока, грозу города избил какой-то ублюдок. За такое только смерть! Он ввалился в дом. Где? Где он? Крок начал шарить рукой за шкафом, там он вчера оставил пистолет, рука наткнулась на что-то твердое. Вот он. Ладонь крепко сжала рукоятку. Они на коленях будут умолять о пощаде!

Несколько красных пятен упало на кисть, обожгли кожу. Крок почувствовал их и посмотрел в зеркало.

В ужасе отшатнулся. На него глянул страшный кроваво-фиолетовый урод. Кровь сочилась из носа, из рассеченной в нескольких местах губы, большой каплей набухла над глазом. Всё лицо нещадно ныло. Но отшатнулся Крок не из-за своего вида. В отражении он увидел человека, сидящего в кресле и внимательно его рассматривающего. .Крок прижал руку к зеркалу и повернулся:

– Михалыч! – прошипел он через выбитые зубы. – Что ты…

Вопрос застрял в горле. Он увидел у того на коленях дипломат, в котором он держал икону…

Крок поднял руку, в которой держал револьвер, но сил держать её не было.

Он схватился за рукоятку двумя руками. На зеркале остался красный след от руки. Глаза застилал красный туман:

– А ну положи… положи на место, а то пристрелю!

Михалыч поднял руку, в которой между большим и указательным пальцами был вставлен патрон, о другой руке он потряхивал остальными. Крок понял, что его обманули. С боку к нему неслышно подошёл Марат и с силой ударил рукой по кисти, выбив пистолет.

Он с грохотом упал на пол.

– Отдай! – Крок, помешавшийся рассудком, бросился на Михалыча, но уткнулся в широкую грудь Марата. Ярость прибавила силы. Он вцепившись в его фирменную куртку руками, смог оттолкнуть его в сторону, причем так сильно, что куртка не выдержала и в руке Крока остался клок материи. Марат отшатнулся, но не зря он был спортсменом, успел пол ставить ногу. Крок полетел вперед и ткнулся виском в подлокотник кресла, обрызгав кровью Михалыча. Тот брезгливо сморщился, поднялся и приказал:

– Добей!

Марат поднял револьвер, перехватил его за ствол и нанес последний смертельный удар по затылку.

В позвонках что-то хрустнуло, и Крок дернулся в предсмертной конвульсии.

Глава 10

Казалось, что весь город сегодня вечером собрался под высокими сводами самого большого спортивного зала, который напоминал глубокий котлован, на дне которого боксерский ринг казался маленьким квадратиком. Народ неистовствовал.