Икона. Монета. Два меча. Вывозу из России не подлежат

Правда, тут странным образом подвернулся Стрельцов и увел их в сторону, но все равно, надо было поберечься и приготовить себе и этому кретину надежное алиби. Хотя нет. В первую очередь лучше перепрятать икону в другое место. Сейф в его кабинете, почему-то показался ему теперь не надёжным местом.

Увидев как оперативники уводят Стрельцова, он, схватив в охапку ещё не совсем очухавшегося от удара Марата и помчался в клуб. Каждая минута была дорога.

Приехав в клуб, они бросились в кабинет. Михалыч проскочил мимо охранника, сидящего за столом перед входной дверью.

Когда тот ничего не понимая оторвал глаза от книги, мимо пролетел Марат. Он уже всё знал. Дорогой Михалыч успел рассказать .И теперь его лицо белое после нокаута стало серым. Ещё бы здесь проблема была поважнее. Он с трудом удерживал себя, чтобы не выругаться. Нервы были на пределе.

Вытащив из-под стола кожаный дипломат, Михалыч грохнул его на стол.

– Встань у двери! – приказал он Марату .Тот послушно замер, загородив собой проход.

Несколько раз глубоко вздохнув, Михалыч попытался взять себя в руки .Чего в конце концов он суетиться? В убийстве обвиняют Стрельцова, и до истины докопаются не скоро. А когда разберутся, то естественно пойдут ко мне, но будет уже поздно. Все улики я успею уничтожить. Нет, икону, конечно, надо перевезти сейчас.

Он открыл сейф, взглянул на серое лицо Марата, хотел подбодрить его, но вспомнил поражение нахмурил брови.

– Тряпка ты. – я же предупреждал.

Будь осторожнее. Нет, полез как бык!

Марат в бешенстве сжал кулака, стиснул зубы. Ему это то же не доставляло радости, но как-то оправдаться он не мог. Лишь зло вращал глазами и сверкал глянцевой лысиной.

– Ладно! Не дрейфь! Нет худа без добра. Я кое-что придумаю. Всё будет о, кей!

Марат расслабился, с интересом посмотрев на шефа. Чего это он мог придумать.

На лестнице послышался шум. Михалыч вздрогнул. Рывком достал из сейфа икону и тяжёлый ТТ, лежащий под ней.

Бросил икону в дипломат, а пистолет – Марату.

– Быстро приготовься !Кто-то идет!

Михалыч захлопнул дипломат, а Марат засунул "ствол" за пояс. В этот момент в дверь бешено забарабанили. Михалыч опустился в кресло и указал Марату на стул в углу.

– Войдите!

Дверь распахнулась. Толстый импресарио рванулся вперед.

– В чем дело! – начал он с порога, – в чем дело, я вас спрашиваю.

Михалыч принял свое обычное непробиваемое выражения лица.