Исправляем прошлое. Надежно. С гарантией

– Чай с молоком? Или без? Или просто молоко?

– А кофейку нет?

– Есть, конечно. – Василиса встала на табуретку и достала банку кофе из шкафа. – У нас просто его никто не пьет. Вот и держим для гостей.

Иван поставил кейс на пол, рядом со своими берцами. Они стояли тут же у входной двери.

– Скажи, а как так получилось. Вчера вроде библиотека казалась рядом, а сейчас до нее идти надо.

Он сел за стол и поискал глазами вилку.

– Ничего удивительного искривленное пространство. Мы к этому давно привыкли.

– Как так искривленное?

– Ну, ты разве никогда там такого не наблюдал? – Василиса кивнула неопределенно головой, но было понятно, что имелось в виду пространство за пределами деревни, – как едешь куда-то на работу, спешишь, обгоняешь какой-то тихоходный транспорт, приезжаешь на места, а он уже там стоит.

– Ну, пару раз было.

– Вот, а здесь это всегда и со всем. Так что не удивляйся.

Она положила перед ним столовые приборы.

– Почему?

– Место такое.

– Знаешь, а я, наверное, передумал. Раз фотоаппарат со мной, то я по-быстрому сделаю фотографии и пойду назад. Ты же не будешь возражать?

Василиса хохотнула.

Я нет, а вот дом явно против. Думаешь, он случайно подальше отъехал? Нет, просчитал тебя на сто ходов вперед. Можешь, конечно, попробовать. Но только время потеряешь. Поэтому не настаиваю, но рекомендую не сворачивать с намеченного плана. Будет и проще, и быстрее.

Иван решил поупрямиться.

– Я все же попробую.

Василиса пожала плечами.

– Как хочешь! Поешь сначала. – Она подвинула к нему тарелки. – Сметанки побольше накладывай.

– Спасибо.

Иван налег на завтрак. Исподволь рассматривая сидящую с умным видом Василису. Вот странно. Получается, я вижу перед собой ребенка, а разговариваю с ней как со взрослой. Она же разговаривает со мной как с дитем неразумным, тоже видит перед собой ребенка. Или все же взрослого? А может это опять искривленное пространство?

– Нет, просто у меня было с детства больше возможностей для развития.

– Я что сейчас вслух сказал?

– Нет, просто твои мысли на лбу написаны. – Василиса прищурилась и провела рукой по линии бровей. – Ну, как на телетайпной ленте.

И сказала она это с таким серьезным видом, что Иван поверил и коснулся своей рукой лица, чтобы проверить и наткнулся на шрам, который рассекал его щеку.