Волхвы. Исторический спецназ. Тайные коды русских наличников

 – И запомни, будешь еще у батюшки сигареты клянчить, все расскажем Потапычу. Он тебя по самый не балуй отхлестает. Имей в виду. Не посмотрит на возраст. Ты же знаешь.

– Да, не клянчила я, он сам дал, – засмущалась Алка. – Ну, так я пойду.

– Иди, иди, мужу привет передавай.

Алка будто растворилась в зеленой чаще. Василиса покачала головой ей в след.

– Вот, что за человек. Позорит нашу фамилию.

Иван устало присел на край тропинки. Он уже не знал, что делать. Часы на планшете показывали полдвенадцатого дня.

Солнце уже почти было в зените, а потому нещадно палило. Как ни в чем не бывало, Василиса обратилась к нему.

– Ну, что пойдем на гору. Время еще есть.

– Какое время?

– Чтобы озвучить твое желание.

– Какое желание?

– Да любое. Хоть жене позвонить, хоть президентом стать. Сколько фантазии хватит.

– И что? Сбудется?

– Если успеешь загадать ровно в полдень, пока тени нет, то вероятность весьма большая. Главное сказать вслух и на четыре стороны. Ветер подхватит твои мысли и разнесет по человеческим сердцам, если они начнутся биться в унисон, то все в мире перевернется так, что сбудется.

Ну, а если в резонанс войдет, то не обессудь. Придется встретиться со старухой.

– Со Степанидой?

– Да, она же местный участковый. Будет проводить дознание, чего ты такого удумал и решать, что с тобой делать.

От этих слов повеяло холодом. Холод был загробный. Дохнуло даже могилой откуда-то с поля или болота. Тут-то Иван понял, что ему говорил Потапыч.

Действительно с трех сторон его окружало болото, с четвертой стороны был лес, в котором, судя по всему, где-то в центре должна была быть гора.

– А позвонить- то, я просто смогу?

– сможешь.

– Тогда пошли.

Иван, кряхтя, поднялся и надел на шею свой кейс. Он показался ему просто неподъёмным, но теперь он это уже знал точно… «Своя ноша не тянет!»

***

Это была скала или цельный кусок гранита, поросший мхом и присыпанный со всех сторон землей. На вершине его дождями и снегами вымыло практически круглую площадку с острым зубом на краю.

На зубе том росла кривая сосна, проткнувшая своими корнями всю скалу насквозь, и слившейся с ней в одно целое.

Цепляясь как обезьяна за ветку сосны одной рукой, Иван, балансируя на одной ноге, другой рукой держал фотоаппарат, и смотрел через видоискатель на окрестности. Пейзажи, которые открывались вокруг, были завораживающим.

Скала, была чуть выше, чем самые высокие деревья в лесу.