Волхвы. Исторический спецназ. Тайные коды русских наличников

Они оседлали коней и ускакали в ближайшую рощу, растворились в листве. «Засада, – понял Иван. -На всякий случай». Остальные хевсуры тоже начали готовиться к встрече. Какая она будет? Никто не знал. Но, что даже простой разговор мог превратиться в суровый спор на мечах, это все понимали.

– Кудесник, иди со мной. – Хан позвал Иван. – Как твой глаз? Живой?

– Живой.

– Хочу, что-то тебе показать. Пошли.

Хан мельком окинул новый вид Ивана, и довольно хмыкнул. Они вошли в шатер.

***

В центре шатра был расстелен большой персидский ковер.

У стены стояла колыбель, в глубине шатра возвышалось большое ложе, покрытое шкурами медведя, льва и волка. Свет в шатре исходил от бездымных лампад, которые стояли на треногах по углам ковра. На ковре играл младенец. Совсем крохотный кучерявый мальчик, лет трех от роду. Одетый так же как взрослые мужчины, но во все миниатюрное: парчовый халат, атласный пояс, сафьяновые красные сапоги.

Рядом с ним на коленях сидела молодая, красивая женщина с раскосыми глазами.

Она подавала ему различные предметы: детскую игрушку-погремушку, которая напомнила Ивану царский скипетр и мягкий сшитый из лоскутов кожи мячик.

– Кулхан, Давай, бей, бей мячик шаркунком, – сказала женщина ласково, – покажи отцу, как ты умеешь управлять миром.

Кульхан встряхнул берестяным жезлом, и тот загремел сухим горохом. Хан засмеялся.

– Хулан, это просто погремушка и комок шерсти. Не преувеличивай.

– Конечно, мой царь, – ответила ему женщина, откинув назад прядь черных как вороное крыло волос, – это всего лишь игра.

Но через игру постигается жизнь. Настоящая жизнь.

– До шести лет сын твой. Потом сядет в седло. И жизни буду учить его уже я.

Женщина взглянула в глаза мужа и покорно ответила.

– Как скажешь, господин.

Хан развернулся к Ивану.

– Вот кудесник. Посмотри и запомни своим волшебным глазом. Вот он настоящий царь, император всей земли и моря.

Иван удивленно поднял глаза. Хан рассмеялся.

– Ты что думал, я не заметил, как ты меня Степаном назвал? Язык у тебя не повернулся меня царем назвать?

Иван захотел сказать что-то в свое оправдание, но Степан его остановил.

– Не оправдывайся. Главное, знаю, кто я такой, а ты мне поможешь, чтобы другие узнали, кто он такой.

Воин показал рукой на край ковра.

– Садись, я расскажу тебе свою историю. У нас есть еще время, пока послы доедут до нас.

Они сели по-татарски, а женщина тут же принялась ухаживать за ними.