Волхвы. Исторический спецназ. Тайные коды русских наличников

Вой, гавкай, ори… Не останавливайся ни на секунду. Когда Фил найдет душу, у Вас будет несколько мгновений, чтобы их соединить. Понял?

– Понял.

Прибежала Степанида с сумкой для оказания первой медицинской помощи и банкой меда. По дороге Василиса ей уже все рассказала. Она увидела, что ни искусственное дыхание, ни прямой массаж сердца не помогает.

– Он уходит. Готовься, Шурка.

Потапыч и Степанида знали что делать. Степанида достала из сумки белые бинты и стала обматывать им тело Ивана, а Потапыч густо намазывать их медом.

Когда все тело покрылось таким липким составом, они взялись за руки и подняли тело Ивана над головой. Шурка нырнул в окно и одновременно с ним, два волхва, бормоча под нос заклинания жрецов северного и южного Нила, передали ему на руки где-то там в пространстве между жизнью и смертью, тело Ивана, теперь уже путешественника во времени и пространстве. Верный пес Шурка принял его и встал на стражу.

Проход в окне закрылся.

Степанида, Потапыч и Василиса остались в избе одни.

– Да, уж. И дел ты натворила, Василиса, – с укором посмотрев на нее, сказала Степанида. – Ну, жил бы и жил человек. Фотографировал окошки, потом свадьбы. Детишек нарожал может быть. На старости лет сделал бы персональную выставку и был бы счастлив. А ты же ему всю судьбу перековеркала.

Василиса нахмурилась.

– Иван сам сделал свой выбор. Просто он еще не готов. И потом, я пока одна забочусь о нас. Что будет с нами? Вы подумали?

Она сжала кулачки.

– За Ивана нужно побороться сейчас, и он обязательно ответит нам тем же.

Я знаю.

– Ну, иди, борись.

Василиса обняла руками шею Потапыча и Степаниды.

– Я думала, Вы меня не отпустите. Скажите маме, чтобы не волновалась. Все будет хорошо!

Повернувшись, она шагнула к окну и, на ходу обращаясь в белую кошечку, скрылась по ту сторону окна.

Потапыч улыбнулся и посмотрел на Степаниду.

– Как быстро растут дети, да?

Степанида покачала головой.

– Не знаю, я все-таки волнуюсь за них.

Куда это нелегкая Ивана занесет? Сможет ли вернуться?

Потапыч обнял Степаниду.

– У него один шанс на миллион, но если он вернется, это будет лучший волхв за всю нашу историю.

Степанида отстранилась.

– Нет, все-таки вы мужики поразительно беспечны. Залезь неизвестно куда, затащить совершенно неподготовленного человека, не зная, сможете ли выбраться. Но…

Она встала и прошлась перед зеркалом, поправляя свою косу и одергивая платье.