Волхвы. Исторический спецназ. Тайные коды русских наличников

Естественно счет накопительный, самый высокий процент. Вы можете получать любые необходимые Вам суммы в любом отделение нашего банка в Европе, а также у наших партнеров. Все как мы договаривались. Будут ли у Вас еще какие-то пожелания?

– Да, одно.

– Слушаю Вас.

– Могли бы вы открыть еще один накопительный счет.

– На чье имя?

– Иван Сазиков.

– На какую сумму?

– Ну пусть будет десять тысяч франков.

– Будет исполнено. Но мы не знаем, как выглядит указанный Вами господин.

– Не важно. Когда он придет, то назовет имя и кодовое слово.

Вы отдадите ему все, что будет накоплено. Договорились?

– Ваше слово для меня закон, граф. Каким будет код?

– Запишите фразу, она будет звучать на русском языке. Он должен произнести ее точь-в -точь.

Корнелиус Беленберг взял лист бумаги.

– Записываю!

Иван шепнул графу слова из песни, которая играла у него в машине, когда он выходил из нее в последний раз.

«Шаланды полные кефали, в Одессу Костя приводил!

И все биндюжники вставали, когда в пивную он входил…»

Беленберг невозмутимо записал строчки из песни и повторил.

Получилось довольно смешно. Граф оставил на листке свою подпись и написал цифру:10 000, удостоверяя тем самым ее подлинностью.

– Когда ждать нашего нового вкладчика?

– Не знаю. Возможно, он вообще никогда не придет.

***

Граф прожил беспутную жизнь, тратя деньги направо и налево, не считая их никогда. Умер же через двадцать лет, в возрасте шестидесяти четырех лет в Петергофе по официальной версии от холеры, которую подхватил во время одной из увеселительных мероприятий, организованным им в честь императора.

По неофициальной от разрыва сердца, застав свою жену, подарившую ему дочь и сына, в объятиях любовника. Его тело похоронили на кладбище Александро-Невской лавре. Уже через год его жена вышла замуж за своего любовника, парижского лекаря. Граф так и не смог узнать, о чем думает женщина, потому что Ивана среди тех, кто провожал графа в последний путь, уже не было.

Еще в Польше, испугав капитана, он понял, что может спокойно переходить в сознание от одного человека к другому. Может пользоваться телами людей, как пересадочными станциям, иногда даже не входя с ними в контакт. Все еще уверенный в том, что ключ к его свободе находится в наличнике, он перебрался поближе к нему и начал ждать.

Старую деревянную раму долго хранили на конюшне, затем молодой граф продал усадьбу помещику, владельцу Казанской железной дороги.