Волхвы. Исторический спецназ. Тайные коды русских наличников

– А вы не могли бы меня на обратном пути подхватить?

Водитель засмеялся.

– Это вряд ли. Мне сейчас на ферму, молоко надо забрать после вечерней дойки для монастыря, а назад я уже кружным путем поеду. Там дорога длиннее, но спокойнее. Ты иди, иди, мил человек. И ничего не бойся. Потапыч знает что делает. Видишь и дождь уже почти закончился.

***

Дождь действительно уже утих. Снова в небе остались лишь короткие всполохи. Бог войны добивал своих врагов, уступая место радуге. И она не заставила себя ждать.

Перебросила мост с одного края горизонта до другого.

Иван остался на улице деревни один. Молоковоз-шишига растворился вдали, оставив после себя лишь облачко выхлопных газов, хлопок дверью и голос водителя: «Скажи, про должок!»

«Снова один», – подумал Иван. Сколько раз он вот так стоял на улицах деревень, рассматривая наличники через объектив фотоаппарата. И сейчас ему до цели своего путешествия было ну буквально рукой подать. Ведь дом, возле которого он стоял, и был тем домом ради которого он приехал.

Опытный глаз даже выбрал максимально выгодный ракурс, с которого он бы сейчас сфотографировал окошко.

Потом прикинул, откуда была сделана фотография, из-за которой он сорвался с места. Получалось очень странно, человек должен был сидеть на заборе. «Ну, может быть из-за этого и не получился кадр. Как тут усидишь на штакетнике?»

Иван не удержался и машинально потянулся за фотоаппаратом, вспомнил что его у него нет. Схватился за планшет. Тот не включился.

Батарейка все же разрядилась. Ну, вот сейчас бы сделать пару кадров и назад.

Но…

«Что же за день такой сегодня! Может правда загадочный Потапыч мне все объяснит!»

Он открыл калитку и вошел во двор большого дома, который имел два крыла с четырьмя рядами окон. Они были совершенно одинаковые. Вот только один наличник на окошко в правом крыле был какой-то особенный. Он как будто подмигивал входящему в дом. И светился изнутри, предлагая войти.

Внутрь дома можно было попасть через крыльцо с перилами и тремя деревянные ступеньки.

Когда Иван наступил на них, они заскрипели, исполняя гимн входящему.

– Ау, – крикнул Иван, – можно войти?

Толкнул дверь. Она тоже скрипнула. Но уже по-другому, металлическими петлями и протяжно. Иван вошел в полутемные сени и его взгляд уперся в огромное зеркало, в котором он увидел себя в полный рост.

При беглом взгляде ему показалось, что из глубины зеркала на него смотрит он, но чуть моложе.