Златник Владимира

– А я вот хотела попросить тебя пожить у меня недельку, за попугаями моими присмотреть. В кои-то веки Натка пригласила к себе в гости. Нате вам, съездила!

Вера Митрофановна всплеснула руками и села на краешек пуфика. Недовольно посмотрела на свою дочь:

– И что теперь будем делать?

– Не знаю.

– И я не знаю. Думай. Мне надо лететь.

***

В мозгу Юлии Михайловны взорвался целый фейерверк эмоций от: «Да чтобы тебя!», – до: «Почему мне так в жизни не везет-то!». Но, расцветив небо яркими всполохами, они как-то быстро улеглись, и мозг ее начал работать в режиме решения проблемы.

«Какие могут быть варианты? Отдать Николая на неделю родителям мужа? Перенести свой отдых на неделю, дождаться возвращения матери? Уговорить мать перенести отъезд на неделю?».

И она решила действовать по методу от самого простого к сложному.

– Мам, а чего это Натка тебя так резко вызвала? Что, перенести нельзя на недельку?

Вера Митрофановна вздохнула.

– Я уже думала на этот счет, но боюсь, что не получится.

Понимаешь, Натка все же уговорила своего миллионера жениться на ней.

– Да ты что? Неужели!

Несмотря на критичность своей ситуации, Юлия не могла не порадоваться выстраданному женскому счастью тети Наташи, маминой подруги. Ее ухажер, австрийский коллекционер антиквариата, был очень старым и очень богатым. Роман подруги длился более четверти века и однозначно должен был кончиться, по общему мнению, тех, кто о нем знал, ничем. И вдруг звезды решили по-другому. Бывают же в жизни чудеса.

– Послезавтра у них свадьба, – ответила мать.

И ее глаза загорелись. – Будет что-то неповторимое. Сама понимаешь, я должна там быть, а потом они уезжают в круиз вокруг света.

– Угу, – насупилась дочь.

«А на меня и мою свадьбу тебе наплевать!».

Она было открыла рот, чтобы произнести эту фразу вслух, но вдруг передумала. «Может, это и есть судьба? – подумала она. – Само провидение не хочет, чтобы я ехала в Таиланд. Сначала этот музейщик, потом вот мать…».

Рот остался закрытым, и Юлия заполнила образовавшуюся паузу тем, что стала наливать себе чай, обдумывая это неожиданно нахлынувшее на нее прозрение.

Однако уже где-то на половине чашки она снова вернулась к прежней тактике. «Никаких знаков судьбы не существует. Это ерунда! Надо жить всегда по строго намеченному плану, и если мать не может, а вернее, не хочет переносить свой неожиданный уик-энд, то это вполне могу сделать я».

– Хорошо, – произнесла она вслух. – Я попробую перенести свой отдых.