Законы поединка

Он посмотрел на часы. Они показывали два часа пополудни. Генерала наверняка уже нет на месте. Можно было, конечно, позвонить на мобильный, но вдруг он в бане или на теннисе. Нет, сейчас генерала лучше не беспокоить. Тогда когда? Завтра утром? А что делать с этим? В камеру посадить? А вдруг это какая-то комиссия из центра?

Проверяют профпригодность. Формально он нарушил закон. Но это формально, а по совести? Майор опустил голову. Совесть! Он думал, что успел забыть это слово. И тем не менее уж кому как не ему было знать, как принимаются решения о строительстве таких объектов.

Семь лет назад у его отца был участок в Сочи, и когда потребовалось место под строительство какого-то олимпийского стадиона, у него эту землю отобрали. Отец был участковым и в бюрократических тонкостях вроде бы разбирался. Но даже у него документы оказались оформленными неправильно, и поэтому вместо солидной денежной компенсации и равнозначного участка он получил лишь другой надел в ста километрах от старого. Клочок земли в горах, где росли только колючки. И ничего не помогло – ни боевые награды, полученные в Чечне, ни годы безупречной службы в органах. Ничто. Отец тогда сказал, что все по закону, а значит – правильно. Но все равно осталась какая-то обида. Какое-то ощущение, что все было как раз неправильно. Не по совести. Майор закусил губу.

– Слушай. Давай договоримся. Я тебя сейчас отпускаю, а ты завтра никуда не приходишь. Ты просто исчезаешь, едешь в свои… как его там… – Майор заглянул в паспорт и прочитал.

 – Вербилки, Вятского района. И спокойно там живешь. А?

Панкратов вздохнул:

– Не могу. Завтра Суд. Я должен там быть.

Майор взорвался:

– Да что ты тут заладил! Суд! Суд! Что это такое – Суд Божий?

Панкратов снова потянулся к часам, и перед глазами майора раскрылся световой экран: "Суд Божий – это поединок. БЕЗ ПРАВИЛ. БЕЗ ОРУЖИЯ. БЕЗ ВРЕМЕНИ".

Майор почувствовал, что нашел выход из положения:

– Драка в общественном месте? Ты хочешь устроить драку?

– Драки в кабаках, товарищ майор, происходят, без повода и по пьяни, а поединок при народе, на центральной площади да за правое дело – дело святое.

Майор закачал головой:

– Нет, я не могу этого допустить. Я сажаю тебя в камеру на пятнадцать суток.

Панкратов пожал плечами.

– Это ничего не изменит. Вы же не можете запретить заход и восход солнца.

– То есть?

– На святое дело Защитник всегда найдется.

– Что ты имеешь в виду?

– Да то, что сказал, то и имею в виду.