Ненасильственное общение. Язык Жизни

И наконец, я хотел бы выразить благодарность моему другу Энни Мюллер. Она вдохновила меня более ясно описать духовную основу моей работы, и это обогатило мою жизнь и сделало работу плодотворнее.

Слова – это окна (и стены тоже)

В твоих словах я слышу приговор,

Я чувствую себя осужденной и изгнанной,

Но прежде чем я уйду, мне нужно знать —

Ты именно это и имел в виду?

Прежде чем я встану на свою защиту,

Прежде чем я начну говорить голосом

обиды или страха,

Прежде чем я выстрою стену из слов, —

Скажи мне, я правильно тебя услышала?

Слова – это окна или же стены;

Они выносят нам приговор

или дают освобождение.

Когда я говорю и когда я слышу,

Пусть свет любви сияет сквозь меня.

Есть вещи, которые мне нужно сказать,

Которые много значат для меня,

И если мои слова тебе не ясны,

Поможешь ли ты мне стать свободной?

Если кажется, что я хочу тебя унизить,

Если ты почувствовал мое безразличие,

Попробуй услышать в моих словах

Те чувства, которые мы разделяем.

    Рут Бебермейер

1. Давать от всего сердца

Суть ненасильственного общения

В жизни главное для меня – сопереживание, живой поток между мной и другими, основанный на взаимной отдаче от сердца.

    Маршалл Розенберг

Введение

Моя вера в то, что нам предназначено наслаждаться, давая и принимая в сопереживании, заставила меня большую часть жизни провести в поисках ответов на два вопроса: почему у нас разрывается связь с этой полной сопереживания сущностью и мы начинаем вести себя как жестокие эксплуататоры? И что позволяет некоторым людям сохранять связь со своей сочувствующей природой даже в самых сложных условиях?

Эти вопросы начали заботить меня еще в детстве, начиная примерно с лета 1943 года, когда наша семья переехала в Детройт.

На следующей неделе после нашего прибытия в городе начался конфликт на расовой почве после одного случая в парке. В течение следующих нескольких дней было убито более сорока человек. Наш район был в эпицентре конфликта, и мы три дня просидели дома взаперти.

Когда закончились расовые беспорядки и начались занятия в школе, я узнал, что фамилия может быть так же опасна, как цвет кожи. Когда на перекличке учитель назвал ее, два мальчика уставились на меня и прошипели: «Ты жид?» Я никогда раньше не слышал этого слова и не знал, что некоторые используют его в качестве презрительного наименования евреев. После школы эти двое мальчиков поджидали меня.