Астро. Любовник Кассиопеи

И в тот момент, когда эта FHS-77247, или Iron Beauty, Железная Красотка, как тут же назвали ее наши тележурналисты, объясняла знаменитой немецкой канцлерше приметы своего первородства, я уже разговаривал со своей двенадцатилетней дочкой. Моя умница сама позвонила мне буквально за секунду до того, как в нашем служебном таунхаусе, общежитии квартирного типа, я собрался на допотопном телефонном аппарате набрать номер своего домашнего, в Sunny Pine, телефона.

– Папа, я боюсь! Ты видел ТВ? – услышал я жалобный голос Энни.

У меня сжалось сердце и похолодел живот, словно к нему приложили подушку со льдом.

Но я не выдал себя.

– Don’t worry, dear! Не дрейфь, дорогая! – сказал я, форсируя свой голос деловым оптимизмом. – Я уже выезжаю! Послезавтра я буду дома. А где мама?

– Папа, ты не можешь быть тут послезавтра, с того побережья сюда три дня езды.

– Энни, тут всего две тысячи семьсот миль! Если по всей стране режим радиомолчания, то у полиции не работают ни радары, ни фоторегистраторы, и я могу ехать с любой скоростью.

Понимаешь? А где мама?

– Мама на работе, я не могу дозвониться на ее мобильник…

– Это потому, что и там режим радиомолчания. Не беспокойся, она скоро приедет.

– Папа, ты видел, какая большая эта FHS? Они нас анни… аннигилируют? Я посмотрела в словаре, это ужасно!

– Спокойно, Энни. Вы же не в тридцатимильной зоне, а в ста милях от берега! Это раз. И второе: никакая она не большая, это просто оптика, оптический эффект.

На самом деле они такие же люди, как мы. Просто им нужна пустая территория, а ты же знаешь наших людей – если их не напугать как следует, они не сдвинутся с места. Даже когда «Катрина» летела на Луизиану, половина Нового Орлеана не эвакуировалась, а сидела дома и смотрела по телевизору, как у них прорвало плотину. Так что не бойся, пришельцы только пугают. А когда мама приедет, скажи ей, что я уже в дороге. О’кей?

– Приезжай быстрей.

Я тут одна и боюсь…

– Ты не одна, ты с Баксом. Он твой лучший защитник, ты же знаешь. Чао, дорогая, я поехал.

– Чао, папа. Езжай осторожно…

Бакс – семилетний боксер, которого мы щенком подарили Энн на ее пятый день рождения, – был действительно ее телохранителем, рабом, слугой и чуть ли не владельцем. Во всяком случае, иногда мне казалось, что он и меня к ней ревнует и подпускает буквально скрепя сердце.