Фальшивая графиня. Она обманула нацистов и спасла тысячи человек из лагеря смерти

Уверенные в том, что шпионы и предатели повсюду замышляют свержение советского строя, сотрудники и информаторы НКВД неутомимо преследовали подозреваемых. Во Львове тысячи людей прошли через четыре тюрьмы НКВД, где их пытали, требуя выдать сообщников. Большим везением считалось быть приговоренным к ссылке на восемь лет в лагеря; единственной альтернативой являлась пуля в затылок[35 - Ibid., 120–123; Beorn, The Holocaust in Eastern Europe, 87; Pohl, Nationalsozialistische Judenverfolgung in Ostgalizien, 55.].

Как и многие жители Львова, Янина и Генри жили в постоянном страхе быть схваченными по ложному обвинению, полученному под пытками от кого-нибудь из их знакомых.

Они прислушивались к каждому шороху за дверью, боясь, что их час вот-вот настанет.

Тем не менее и под германским, и под советским правлением польские патриоты – такие как Янина и Генри – хранили веру в то, что подчиненное положение их народа лишь временное. В конце концов, уже не первый раз Польшу стирали с карты мира. Поляки черпали силы в словах своего национального гимна:

Еще не потеряна Польша, Пока мы живы.

Янина и Генри были уверены, что их страна возродится. Это еще не конец.

Глава 3

Террор во Львове

Скриками ужаса молодые женщины бежали по улицам Львова. Их ловили, срывали с них одежду и избивали. Мужчин волокли по мостовой и били камнями. Сотни людей гибли в кровавой лихорадке. Это были евреи, и их убивали собственные соседи. Было 30 июня 1941 года; немецкие войска только что взяли город.

За восемь дней до момента объявления Германией войны Советскому Союзу украинские националисты готовились излить свой гнев на советских притеснителей. Обнаружив в тюрьме НКВД во Львове полторы тысячи трупов, они пришли в еще большую ярость. Но, поскольку добраться до советского руководства было невозможно, украинские полицаи избрали евреев в качестве козлов отпущения, хотя многие из убитых заключенных тоже были евреями. Бойня продолжалась два дня, пока 2 июля немецкие военные власти не вмешались и не восстановили порядок.

К тому времени более тысячи (по некоторым подсчетам, до четырех тысяч) евреев было убито[36 - Himka, «The Lviv Pogrom of 1941», 209–243; Pohl, Nationalsozialistische Judenverfolgung in Ostgalizien, 54–62.].

Затем в город прибыло подразделение одной из эсэсовских айнзацгрупп. Это были знаменитые эскадроны смерти из германской полиции безопасности и СД, обеспечивавшей безопасность за линией фронта во время военных операций.