Русская семерка

Откуда она? Из того же Твердыша?

– Я не помню, гад буду! Я же после контузии…

– А ты подумай. Ты же видел ее письма. Он же тебе ее письма показывал?..

– Да врет он все! – вдруг решительно сказал Стас блондину. – Ты что, не видишь? Он нам мозги пудрит! Девушка! Фотография! А конкретно – ни хрена!

– Да я же говорю – я после контузии, – развел руками Алексей и, как в интернатских скандалах, стал повышать голос до крика: – Я три месяца в госпитале отвалялся! У меня справка…

– Ша! – Стас саданул кулаком по столу.

И сказал спокойней: – Ша. Ты нас на горло не бери, мы не таких видали. Но учти: тебя, Одалевский, пока, – Стас выделил это «пока», – никто ни в чем не обвиняет. Но нам нужна информация о предателе родины. Правдивая информация! Ты понял?

– Говорил он тебе, что хочет бежать? – Блондин неторопливо подошел к свободному стулу у стены и сел.

– Нет. Никогда! – Алексей постарался искренне возмутиться. – А то… Я бы его отговорил, гад буду!

Блондин оживился:

– Отговорил бы? А почему?

– Ну… потому… потому что…

Прости, Юрка, кореш мой единственный! Не смог я тебя тогда отговорить! А жаль! Не было у меня друга лучше, чем ты, не было и не будет! А сейчас надо выкручиваться – не ради тебя, тебе-то что, а ради себя.

Надо, как в интернате, валить все в одну кучу, смешать, замутить, прикинуться дурачком контуженным!

– Потому что это предательство родины! – на едином дыхании выпалил Алексей и открыто посмотрел блондину в глаза. Того, казалось, разочаровал ответ.

– Очень искренне сказал! Молодец! – насмешливо протянул он.

 – Но все-таки расскажи нам о нем подробнее. Вы же год воевали вместе. Что он был за парень? Любил, например, книжки читать? Как говорили древние философы: скажи мне, какие ты книги читаешь, и я скажу тебе, кто ты.

– Книжки? – Алексей искренне рассмеялся. Ах ты жук навозный! Тебя бы туда хоть на месячишко! Тебя бы в «зеленку», на выносной пост или в горы на «блоки»! В эти сучьи горы, где зимой от переохлаждения и страха печень перестает работать, где летом, в жару – только в касках и бронежилетах и ползаешь, как червь, и ждешь каждый миг или пули снайпера, или прыжка духа на спину.

Тебя бы на мины, на разминирование – ты бы не спрашивал про книжки! Ты бы об одном только думал и день и ночь – где добыть водки или гашиша, чтоб забыть, все забыть, отключиться…

– Он не читал книжек. Там вообще никто не читает книжек. Не до того, – ответил Алексей и выжидательно посмотрел на молчавшего Стаса.