В погоне за наваждением. Наследники Стива Джобса

Рогова посмотрела на навесной, на кухонной стене телефонный аппарат, потом на свои «Командирские» часы и усмехнулась:

– Ну вот! Кто это может звонить нам в четыре утра?

Грущо пожал плечами:

– Наверно, жена, Катя.

– Откуда?

– Из Америки.

– Из Америки?! О, как интересно! Она у нас связной, да?

– Она сына повезла в летний лагерь. Ему тринадцать лет.

– Удобный предлог, я понимаю. Под Москвой нет лагерей для тринадцатилетних…

– Нет, он олимпиаду выиграл, литературную…

На протяжении всего этого разговора телефон продолжал звонить, и Рогова кивком головы отправила одного из омоновцев в гостиную, а потом, когда этот омоновец принес оттуда трубку переносного телефона, приложила ее к своему уху, а трубку кухонного телефона поднесла к уху Грущо.

– Алло, Стас! – разом сказали обе трубки Катиным голосом.

– Да… – хрипло выдохнул Грущо.

– Наконец-то! Ты что, пьяный? Алло!

– Я слушаю… – сказал Грущо.

– Ты там не один? – подозрительно спросила трубка.

Грущо посмотрел на Рогову, но та предупредительно поднесла палец к губам.

– Один, конечно, – сказал Грущо.

– А почему у тебя такой голос?

– Ну, потому… Сон приснился дурацкий…

– Вот! – радостно сказала Катя. – Я потому и звоню! Тут все эмигранты про какие-то необыкновенные московские сны говорят. А я ничего не видела, я из-за этого перелета всё пропустила! Ты мне хоть в двух словах расскажи, что там было? Но сначала еще одно дело, Стасик. Ты мне дал с собой триста баксов на все три недели, а тут такая инфляция – ужас! Буханка хлеба пять долларов стоит! Ты не мог бы с получки мне еще пару сотен выслать?

Грущо не успел ответить – Рогова дала отбой.

Почему-то именно то, что Грущо дал жене и сыну триста долларов на всю поездку в Америку, и просьба Кати прислать хотя бы еще двести разом убедили ее в том, что эта семья никакого отношения к ЦРУ не имеет. И она устало приказала омоновцам:

– Развяжите его.

Омоновцы отвязали Грущо от стула, он стал разминать затекшие руки, но телефон, конечно, зазвонил снова.

Грущо вопросительно глянул на Рогову, та сказала:

– Ладно, жена – это святое, ответь ей что-нибудь. Она у тебя кто?

– Переводчик. – Грущо взял трубку. – Алло?

– Ты почему трубку бросаешь? – обиженно сказала Катя. – Ты там что, не один?

– Да один я, один! Просто меня по мобильнику на дежурство вызывают.

– Из-за этих снов? – насторожилась Катя.