Мудрость психопатов

Как дала понять доктор Моррисон, судьба психопата зависит от целого ряда факторов, включающих в себя гены, семейную историю, образование, интеллект и возможности. А также от взаимодействия этих факторов друг с другом.

Такой же точки зрения придерживается и Джим Каури, вице-президент Национальной ассоциации начальников полиции США. По наблюдениям Каури, признаки, типичные для психопатических серийных убийц (невероятное чувство собственного достоинства, убедительность, внешнее очарование, безжалостность, отсутствие угрызений совести и манипуляция другими людьми), в равной степени присущи политикам и мировым лидерам.

Другими словами, тем, кто не скрывается от полиции, а обращается к ней. Каури отмечает, что подобный профиль позволяет своим обладателям делать то, что они хотят и когда они хотят, полностью игнорируя социальные, моральные или юридические последствия своих действий.

Например, если вы родились под нужной звездой и обладаете такой же властью над умами людей, как луна над морями, вы можете приказать уничтожить сто тысяч курдов и подняться на виселицу с таким загадочным упорством, которое вызовет невольное молчаливое уважение даже у самых непримиримых ваших противников.

«Не бойтесь, доктор. Это для мужчин», – гаркнул Садам Хусейн, стоя на эшафоте за несколько мгновений до повешения.

Если вы жестоки и хитроумны, как Роберт Модсли – «Ганнибал Лектер» из реальной жизни, вы можете завлечь заключенного в свою камеру, размозжить ему череп столярным молотком и выскрести его мозг ложкой так же бесстрастно, как вы съели бы яйцо, сваренное всмятку.

(Кстати, Модсли последние тридцать лет провел в одиночном заключении в пуленепробиваемой камере в подвале уэйкфилдской тюрьмы в Англии.)

Или если вы похожи на Джеймса Джерати – блестящего нейрохирурга, сохраняющего безжалостную холодность и сосредоточенность, находясь под давлением, вы можете попытать счастья на переднем крае медицины XXI века, где опасность налетает на вас как ветер, дующий со скоростью сто метров в минуту, а на медлительность и рассуждения времени не остается.

Вот что сказал мне Джерати:

«У меня нет сострадания к тем, кого я оперирую. Эту роскошь я просто не могу себе позволить. В операционной я рождаюсь заново: холодная, бессердечная машина, один на один со скальпелем, бором и пилой. Когда вы режете мозг и обманываете смерть, чувствам нет места. Эмоция – это энтропия, наносящая серьезный ущерб делу. Я искоренял эмоции на протяжении многих лет».