Отрицание смерти

Я имею в виду, что страхи поглощаются растущими стремлениями организма. Кажется, что природа снабдила живых существ врожденным здравомыслием, выразив его в самодовольстве, в наслаждении от раскрытия своих способностей миру, в оставлении заметного следа в нем и переосмыслении его безграничного опыта. Существует множество позитивных переживаний, испытывая которые организм получает удовлетворение. Как однажды заметил Сантаяна[25 - Сантаяна, Джордж (1863–1952) – американский философ и писатель испанского происхождения, сторонник критического реализма.

Признавая объективное существование материального мира, считал доступным познанию лишь феномены сознания.]: «лев должен быть увереннее в себе оттого, что Бог на его стороне, а не на стороне газели». На самом начальном уровне организм активно работает над тем, чтобы найти способы раскрыться и увековечить свое имя в жизненном опыте. Вместо того чтобы съежиться, он движется к большей жизненной энергии. К тому же он делает одну вещь зараз, избегая ненужных отвлечений от всепоглощающей деятельности. Таким образом, получается, что страх смерти может полностью игнорироваться или поглощаться с помощью расширяющих жизнь процессов. Иногда нам кажется, что мы видим такой живой организм на человеческом уровне. Говоря это, я думаю об образе Грека Зорбы, описанного Никосом Казандзакисом в одноименной книге. Зорба был идеалом равнодушия к победе всепоглощающей ежедневной страсти над трусостью и смертью, и он очистил других своим вдохновляющим огнем. Но ни сам Казандзакис, ни большинство других людей не были Зорбой – отчасти поэтому персонаж кажется слегка надуманным. Тем не менее у всех есть рабочее количество базового нарциссизма, даже если оно поменьше, чем у льва. Ребенок, если его любили, холили и лелеяли, развивает, как мы уже говорили, чувство магического всемогущества, собственной нерушимости, доказанной силы и гарантированной поддержки. Глубоко внутри он может представить себя вечным. Мы можем сказать, что ребенку подавление идеи о собственной смерти дается очень просто, потому что он защищен от нее энергией нарциссизма. Такой тип характера, по-видимому, и позволил Фрейду утверждать, что бессознательное не знает смерти. В любом случае мы знаем, что базовый нарциссизм усиливается, когда чьи-либо детские переживания были прочно связаны с заботой родителей и развивали чувство «самости», ощущения того, что человек действительно особенный, настоящий «номер один» в этом мире.