Мастер Исхода

Примерно так же Бог обошелся со строителями Вавилонской башни.

Все правильно. Земля – для людей. Прочее – нет.

Однако Тот, Кто повелел людям плодиться и размножаться, позаботился о том, чтобы человечеству хватило места для обитания.

Земля оказалась не одна. Земель оказалось много.

Но об этом люди узнали немного позже.

* * *

– Марфа, – позвал я. – Слетай, погляди, где мы.

Марфа одарила меня мрачным взглядом, но послушалась: вылезла на солнышко, расправила крылья и с оглушительным хлопаньем взмыла над полянкой.

Полет ее был недолог. Не успела моя орлица набрать высоту, как откуда-то сбоку вынырнули две треугольные тени поменьше и устремились к Марфе, словно пара тактических ракет – на неопознанный модуль.

Марфа боя не приняла: сложила крылья и камнем рухнула вниз: под нашу защиту.

Наглые преследователи не отстали: завертелись над нами, издавая отвратительные звуки: нечто среднее между вороньим карканьем и писком придавленной крысы. Время от времени они проносились на бреющем прямо над нашими головами.

Летали они так быстро и так часто хлопали крыльями (очень похоже на летучих мышей), что я не разглядел толком, что за твари. Зато обратил внимание: птичья мелочь, жизнерадостно звеневшая вокруг, внезапно примолкла. Лакомка вскочила и яростно зарычала. Я поступил проще: поднял камень и, улучив момент, метнул в пикирующую тварь. Попал, к моему собственному удивлению.

Тварь шмякнулась прямо к моим ногам. Лакомка тут же прижала ее лапой, но в этом не было необходимости: тварь даже и не пробовала взлететь – только слабо подергивалась.

Вторая тут же набрала высоту и смылась.

Я поднял свою добычу за перепончатое крыло. Надо же – птеродактиль! Небольшой, размером с крупного орла, покрытый нежно-голубоватой шерстью снизу и темно-зеленой – сверху. Длинная пасть усеяна мелкими зубами, на лапах – вполне приличные когти.

Осмелевшая Марфа просунула голову и попыталась клюнуть поверженного врага.

– Кыш, трусиха! – сказал я.

Марфа обиделась и отошла. Я опустил птеродактиля на травку. Что-то мне в нем не нравилось. Что-то было не так. Что?

Я задумался. Мои звери мне не мешали. Зато снова оживились птицы. Вот! Вот оно! Я внезапно понял, что мне не нравится. Птицы. И птеродактиль. Вместе! О таком я никогда не слышал, зато слышал о совсем обратном: эволюционные слои никогда не пересекаются. Или по планете бродят динозавры, или ее фауна состоит из зверей и птиц.