Типология характеров – знание, необходимое для жизни

Чувства его лишены непосредственности. Когда он входит в гостиную, то пробирается вдоль стен. Самую простую вещь эти люди умудряются высказать с затаенной и мрачной страстностью. Любовь для них всегда дело серьезное. Один юноша-меланхолик пустил себе пулю в лоб из-за любви, но не потому, что она была несчастной, а потому, что он не нашел в себе сил признаться предмету своего чувства. И смерть показалась ему менее тягостной, чем это объяснение.

В сочинениях Стендаля мы находим все признаки житейского представления о темпераментах, которое существует и в наши дни.

Во-первых, продолжают говорить о четырех типах, называя их именами, которые дал еще Гиппократ; во-вторых, каждому типу приписывают физиологическую основу; в-третьих, включают в темперамент очень широкий спектр действий и поступков человека, от защиты важной крепости до способов объяснения в любви.

Однако так называемое гиппократовское учение о темпераментах стало достоянием истории. Его четыре типа уже нигде не фигурируют в научной литературе – ни в плане психологическом, ни в плане физиологическом, хотя их описания все еще попадаются в популярных журналах как «научные».

В серьезных исследованиях продолжаются поиски физиологических основ темперамента. Ученые пытаются найти эти основы в строении тела, типе нервной системы, силе биологических потребностей, функционировании эмоциональных центров головного мозга. В то же время психологи (вместе с философами и психиатрами) обогатили науку более тонкими и продуманными описаниями поведения людей, и психологические портреты темпераментов теперь обсуждаются как различные типы характера.

При этом темпераменту отводится вполне почетное место природной основы характера. Между прочим, о такой «основе» и идет речь в отрывке из записей замечательного врача и психолога Януша Корчака.

«Сто младенцев. Я склоняюсь над кроваткой каждого. Вот они, чья жизнь исчисляется неделями или месяцами… Что вначале мне показалось случайностью, повторяется в течение многих дней.

Я записываю, выделяя доверчивых и недоверчивых, спокойных и капризных, веселых и мрачных, неуверенных, боязливых и враждебных.

Всегда веселый: улыбается до и после кормления, разбуди его – сонный, разомкнет веки, улыбнется и уснет.

Всегда мрачный: с беспокойством встречает тебя, уже готовый заплакать, за три недели улыбнулся, и то мельком, лишь раз…

Осматриваю горло. Живой, бурный, страстный протест.