То, что скрыто

 – «Надо же додуматься отдать собственных сыновей в кадеты какие-то! А дочка! Та вообще смотрит на меня как на чужого дядю. Наверное, Юля не очень-то и шутила, когда говорила, что было бы неплохо, если бы кое-что из своей жизни я и, вовсе, не припомнил».

Теперь ему уже не казалось таким уж удивительным то чувство отчуждённости и неестественности, возникавшее в нём каждый раз, когда он, находясь в клинике, просматривал видеозаписи из семейного архива.

От этих мыслей головная боль Алекса начала усиливаться и он решил, что нужно поскорее добраться до спальни и прилечь, пока она вовсе не стала нестерпимой.

Отложив свой бокал с напитком в сторону, Алекс поднялся и, улыбнувшись в ответ на обращённые к нему взоры жены и детей, произнёс:

– Мои дорогие, мне бы очень хотелось побыть с вами подольше, вечер был очень приятным, но я боюсь, что ещё не полностью оправился после операции и мне нужно немного передохнуть. Сейчас я хочу пойти к себе и постараться поспать, чтобы унять головную боль, но завтра, думаю, что было бы здорово нам всем вместе снова собраться и поболтать.

По изумлённым лицам детей Алекс догадался, что раньше предложения такого рода от горячо любимого родителя они слышали очень не часто.

Молчание нарушила Юля:

– Отличная идея! Правда, дети? Давайте завтра устроим вечеринку у бассейна.

И, после неуверенных кивков детей, тоже встала из-за стола и, взяв Алекса за руку, сказала:

– Пойдем, милый. Я проведу тебя в нашу спальню.

Эта мысль показалась Алексу крайне удачной, так как самостоятельно найти свою спальню он был явно не в состоянии.

Спальня располагалась на втором этаже и оказалась, под стать всему остальному дому, роскошно обставленной дорогой мебелью и другими предметами интерьера, выполненными в том же классическом стиле.

Подведя Алекса к массивной кровати из темного дерева с широким балдахином, Юля развернула его к себе лицом и начала осторожно стягивать с него одежду. От этого, несмотря на ужасную головную боль, Алекс резко встрепенулся и, схватив жену за руки, отодвинул их от себя.

И вновь, будто бы прочитав его мысли, Юля сказала, слегка усмехнувшись:

– Не переживай, милый. Твоя непорочность останется сегодня нетронутой. Пока ещё рано давать твоему организму такие нагрузки.