Аналитическая психология

Но стоит этим безобидным существам сбиться в толпу, как рождается исступленное чудовище; каждый есть лишь крошечная клеточка в теле этого чудовища, а значит, ему приходится сопровождать сего зверя в его кровавых бесчинствах, а то и оказывать ему всяческую помощь. Смутно подозревая об этих мрачных возможностях, человек закрывает глаза на теневую сторону человеческой природы. Он слепо борется против целительной догмы о первородном грехе, хотя она поразительно правдива. Более того, он даже не решается признать конфликт, который столь мучительно ощущает.

Неудивительно, что психологическая школа, акцентирующая нашу темную сторону – даже если она предвзята в том или ином отношении – будет неугодной, если не сказать пугающей, ибо она заставляет нас открыто взглянуть в бездонную пропасть данной проблемы. Смутное предчувствие подсказывает нам, что без этой отрицательной стороны мы не можем достичь цельности, что мы обладаем телом, которое, как и все тела, отбрасывает тень, и что если мы отрицаем это тело, то утрачиваем трехмерность и становимся плоскими, нематериальными. Однако это тело – зверь со звериной душой, организм, беспрекословно подчиняющийся инстинкту. Объединиться с этой тенью – значит сказать «да» инстинкту, тому непреодолимому динамизму, который вечно таится на заднем плане. Именно от этого стремится нас спасти аскетическая мораль христианства, рискуя, однако, дезорганизовать животную природу человека на самом глубинном уровне.

36 Прояснил ли кто-либо для себя, каково сказать «да» инстинкту? Именно это желал и проповедовал Ницше, причем со всей свойственной ему серьезностью.

С необычайной страстью он принес в жертву себя, всю свою жизнь идее Сверхчеловека, который, подчиняясь инстинкту, выходит за пределы себя. И как же прошла эта жизнь? Так, как сам Ницше пророчил в «Заратустре», в том фатальном падении канатного плясуна, «человека», который не желал быть «превзойденным». Заратустра говорит умирающему канатоходцу: «Твоя душа умрет еще скорее, чем твое тело!» Позже карлик скажет Заратустре: «О Заратустра, ты камень мудрости, ты камень, пущенный пращою, ты сокрушитель звезд! Как высоко вознесся ты, но каждый брошенный камень должен упасть! Приговоренный к самому себе и к побиению себя камнями: о Заратустра, как далеко бросил ты камень, но на тебя упадет он!» Когда же прокричал он над собой свое «Ессе homo!»[28 - [Букв. «Вот человек!» (лат.).