Слова. Том V. Страсти и добродетели

Ведь так или иначе всё это – свойства «нового человека», человека, освободившегося от страстей. «Когда я говорю, что надо отбросить себя, – объяснял старец, – я имею в виду, что надо отбросить свои страсти, совлечься своего ветхого человека… Если мы откажемся от своего „я“ и наш нахальный квартирант – наш ветхий человек – „съедет“ из занимаемого им жилища, то в сердце на освободившемся месте поселится новый человек, человек Нового Завета».

Настоящий том состоит из двух тематических разделов, а каждый из них в свою очередь – из четырёх частей.

В первом разделе говорится о страстях, во втором – о добродетелях.

Первая часть первого раздела посвящена самолюбию, «матери страстей», так как все страсти – и телесные (чревоугодие, сластолюбие и прочие), и душевные (гордость, зависть и другие) – «проистекают из этого источника».

Во второй части речь идёт о гордости – об этом «генштабе страстей», как её называл старец. Можно сказать, что «как есть всего одна добродетель – смирение», так есть и всего одна страсть – гордость, потому что именно она «нас выгнала из рая на землю, а теперь с земли пытается отправить нас в ад».

Третья часть посвящена осуждению, которое рождается от гордости и «исполнено несправедливости». Дар рассуждения дан Богом человеку для того, чтобы отличать добро от зла, а осуждая, человек коверкает этот дар, превращая его в страсть осуждения, которой особенно гнушается Бог.

В четвёртой части речь идёт о страстях зависти, гнева и печали.

Они также представляют собой извращение сил души и являются результатом их неверного применения. Силу вожделевательную, которая дана нам Богом для того, чтобы мы стремились к добру, мы обращаем в зависть и злость, а присущую нам от рождения раздражительную силу, которой должны пользоваться для мужественной борьбы со злом, направляем против ближнего. И, наконец, страсть печали и уныния лишает нас возможности радоваться богатым дарованиям Божиим и ослабляет духовно. Старец отличает эту печаль от печали по Богу, которая происходит от покаяния и наполняет душу сладостным утешением.

Раздел второй, посвящённый добродетелям, начинается с рассуждений о «возводящем на Небо» смирении. Без смирения наши добродетели «отравлены токсинами». В терпении без смирения может присутствовать ропот и лицемерие, простота может выродиться в нахальство и хитрость, а радость быть не духовным ликованием, а мирским наслаждением.