Педагогика для всех

Чтобы от выросших детей была радость, они должны быть полностью независимы от нас материально – и полностью соединены с нами душевно. Чтобы навсегда сохранялось тепло отношений. Ах, какая бывает радость от взрослых детей! Она ни с чем не сравнима, у нее вкус другой, от нее замираешь. Если же идеал кажется недостижимым (полная независимость – полное соединение), то лишь потому, что мы, родители, чья первая цель – самостоятельность ребенка, почему-то боремся с этой самостоятельностью не уставая… Между тем Макаренко открыл, что жизни на свободе можно научить только жизнью на свободе.

Он и преступников учил свободе – свободой, ответственности – ответственностью, а не лишением того и другого.

Придержим рвущиеся из души вопросы: «Но как, но как же?» и «Но что же делать?». Мы пока строим лишь одну стену воспитательной постройки, а одна стена не держится. Вся остальная часть книги и представляет собой ответ на простейший с виду вопрос: как вырастить самостоятельного человека?

11

Чтобы понятно ответить на какой-нибудь вопрос, нужно пользоваться понятными словами.

Тут-то и поджидает нас скрытое препятствие.

Сотни лет повторяет мир иронически-грустную шекспировскую фразу: «Слова, слова, слова…». Имеются в виду возвышенные слова, которыми так часто прикрывают пустоту.

Но что же делать? Педагогика без высоких слов и понятий – обман, обман, обман… В высоких словах может содержаться ложь, а без них все оборачивается ложью неминуемо. Вот и выбирай.

Решительно выбираем! Идите сюда, слова-принцы и слова-нищие, слова, над которыми посмеиваются и без которых не могут жить, блестящие и затертые, содержащие и высшую правду, и самую безобразную ложь, слова, от которых, как нам кажется, ничего не зависит, но от которых на самом деле зависит все.

Идите сюда, слова несерьезных, неделовых людей: совесть, правда, честь, свобода, сердце, радость, счастье, красота, добро, вера, надежда, любовь, справедливость, нравственность, долг, дух, душа и духовность.

Без этих понятий нам не справиться с детьми.

Есть рыцари толкового словаря, до того преданные точному мышлению, что о каждом слове с азартом спрашивают: «А что это такое? А что вы под этим понимаете?» Спокойно! К концу книги все необходимые понятия будут если не определены, то разъяснены и сопоставлены. Больше тревожит другое возможное обвинение – в бесцеремонности. Высокие слова поэтичны, высокие слова святы, к ним и прикасаться-то – кощунство.