Ветра потерянных душ

Вскоре к сотням шатрам под стенами города, добавилось ещё десяток. Исполнив все распоряжения центуриона и выставив часовых, наша сотня разошлась кто куда, самые умные, банально спать в шатры, подавляющее большинство к жрицам любви, кто-то, как и я с братьями испанцами в город, по разным заведениям. Живя в Риме, я не пил алкогольных напитков от слова совсем, так как считал это уделом глупых простолюдинов а не истинных патрициев, но в тот день, в Лугдуне, в хорошей компании легионеров я впервые изменил своим убеждениям, по этому вовсе не помню что происходило со мной в городе, зато пробуждение запомнил на всегда.

Началось всё с того что моё лицо окатили холодной водой, открыв глаза, увидел своих испанских друзей. Внутри головы как будто били барабанной дробью, а на резонный вопрос – Что со мной было? – Я услышал следующее:

– 

Ничего страшного, просто домогался до губернаторской дочки – ответил Адан с серьёзным видом.

– 

Как домогался? – Спросил я, прикрыв ладонью лицо и краснея от стыда пуще любого помидора.

– 

И ещё подрался с её спутником и заставил его выпить ослиной мочи – Дополнил стоявший рядом Доротеус с сочувствующим видом

– 

Её спутник оказался советником губернатора, и теперь губернатор ищет тебя чтобы повесить – продолжил Адан состроив совсем уж поминальную физиономию.

Я был в ужасе, мои глаза сошли на два динария а цвет лица в миг поменял оттенок с красного на белый, но вскоре краем глаза заметил столпившихся вокруг легионеров, с трудом сдерживающих приступы смеха и до меня дошло, что эти пройдохи меня разыгрывают и в тот момент столпившаяся вокруг братия дружно заржала.

Не успел я возмутится столь пренебрежительным отношением к своей благородной персоне, как заметил подошедшего к толпе Адалсинда, тот посмотрел на творящийся беспредел и только покачал головой, затем построил нас и приказал собираться.

Мы двигались самым прямым путём, ведущим в Гесориакум в обход больших городов, по узкой лесной грунтовой дороге, день за днём, нас окружал лес, порою встречались малые поселения с крестьянами, идущими по своим делам. Как то раз проходили мимо поляны сплошь усеянной костями, сгнившими обломками щитов, копий и стрел, черепами, смотрящими в небо пустыми глазницами, разинув челюсти в застывшем немом крике.