Прервавшиеся начинания

А вторая девочка была «как овощ» и могла существовать лишь в стенах госучреждения. Три года спустя ребенок умер. В то время моя двоюродная сестра забеременела и родила красивую здоровую девочку;

– Мэри Х. (четвертый ребенок которой стал жертвой синдрома внезапной детской смерти);

– подруга моей матери, ребенок которой родился в результате назначенного врачом кесарева сечения в 1955 году. Этот доктор неправильно определил ПДР (предполагаему дату родов), и ребенок умер от гиалиново-мембранной болезни – болезни преждевременно рожденных младенцев.

У этой соседки были проблемы по женской части, и, по-видимому, зачать она больше не смогла);

– ее доктор;

– моя мать, чьи сыновья-близнецы – мои братья – умерли через два дня после рождения. «Возможно, у нас не было бы наших красавиц-дочерей», – часто слышали мы. И все же, взрослея, я часто задумывалась, почему мама не может терпеть никакого беспорядка;

– мой отец, плачущий над фильмами, которые не так уж печальны;

– подруга, у которой двое детей и перевязаны фаллопиевы трубы;

– женщина из копировального центра (ей около шестидесяти лет, и она, взглянув на статью о выкидышах и младенческой смертности, которую я попросила ее откопировать, посмотрела на меня и сказала: «Моему третьему ребенку исполнилось бы 16 в октябре этого года.

Меня положили в “патологию”, теперь делают так же?» Конечно, продолжила она, было бы абсурдным теперь, в ее возрасте, растить подростка. Но можно ли ей сделать копию статьи для своей подруги? «Вот она – она так и не оправилась после смерти ребенка. И я вам скажу, – она доверительно наклонилась ко мне, – ее десятилетка тоже из-за этого страдает»);

– девочка-подросток Кэрол, которая позвонила мне с вопросом, не знаю ли я хорошего дома для ребенка, которого она собиралась родить и отдать на усыновление;

– мать Кэрол;

– ее парень;

– Диана, женщина с курсов подготовки к родам, родившая мальчика со множеством хромосомных аномалий;

– мужчина, выступавший на телевидении и сказавший, что у него четыре дочери и он «не оставит жену в покое», пока она не родит ему сына);

– и его жена;

– все женщины (все 40 000, написавшие мне), у которых было экстренное кесарево сечение или разочаровывающий опыт родов);

– и я с тремя красивыми – нет, прелестными! – детьми и одним выкидышем (между вторым и третьим ребенком).

Я помню, как пять лет назад написала в письме одной подруге: «Я часто чувствую, будто чего-то, нет, кого-то не хватает».