О психологии западных и восточных религий

Настоятельность упоминаний о толпе наряду с «насаждением» языческого идеала видятся любопытными параллелями к реальным событиям в нынешней Европе. Все дивятся языческим наклонностям в современной Германии, потому что никто не знает, как истолковать дионисийский опыт Ницше. Ницше – всего один из тысяч и миллионов немцев, еще не родившихся, в чьем бессознательном тевтонский кузен Диониса, а именно – Вотан – обрел бытие в годы Великой войны[30 - Имеется в виду сопоставление Одина как божественного покровителя поэтов, провидцев и «одержимых творчеством», а также Мимира, Мудрого, с Дионисом и Силеном.

Само слово «Один» родственно галльскому ???????, ирландскому faith и латинскому vates, ср. µ????? и µ????µ??. См.: Ninck, Wodan und germanischer Schicksalsglaube. – Примеч. авт. Мимир – в скандинавской мифологии великан, охранявший источник мудрости; Один пожертвовал одним глазом, чтобы оживить голову Мимира и получить возможность советоваться с нею. Силен у греков считался воспитателем Диониса (как Мимир для Одина).  – Примеч. пер.]. В сновидениях немцев, которых я лечил в ту пору, мне ясно открывалась грядущая вотановская революция, и в 1918 году я опубликовал статью, в которой указал на особого рода ход мысли, характерный для Германии[31 - «О значении бессознательного». – Примеч. ред. оригинального издания. (На русском языке выходила под названием «Роль бессознательного». – Примеч. ред.)]. Эти немцы, конечно, не изучали ницшевский текст «Так говорил Заратустра» и, безусловно, не были теми молодыми людьми, которые возродили языческие жертвоприношения овец, ничего не ведая об опыте Ницше[32 - См. мою статью «Вотан», а вотановские параллели у Ницше также обнаруживаются в стихотворении «Неведомому божеству» (1863–1864), в «Так говорил Заратустра» и в вотановском по духу сновидении 1859 года (см.: Foerster-Nietzsche, Der werdende Nietzsche, с. 84 и далее). – Примеч. авт. Под стихотворением имеется в виду «песнь» Заратустры из четвертой части «Так говорил Заратустра», обращенная к «безжалостному охотнику, неведомому богу» (см.  раздел «Чародей»). – Примеч. ред.]. Поэтому они называли своего бога Вотаном, а не Дионисом. В биографии Ницше найдутся неопровержимые доказательства того, что изначально он подразумевал под богом на самом деле Вотана, однако, будучи филологом и живя в семидесятых – восьмидесятых годах девятнадцатого столетия, называл его Дионисом. Если смотреть со сравнительной точки зрения, у этих богов и вправду немало общего.