О психологии западных и восточных религий

Aureus Hermetis (1613) и у Мангетуса. – Примеч. авт.]. Это духовный человек, Адам Кадмон, часто отождествлявшийся с Христом. Настоящий Адам был смертен, ибо его сотворили из четырех тленных элементов, зато второй Адам бессмертен, а его тело состоит из чистой и нетленной сущности. Псевдо-Фома говорит так: «Второй Адам из чистейших элементов переходит в вечность. Он пребывает в вечности, поскольку состоит из простых и чистых сущностей» (Secundus Adam de puris elementis in aeternitatem transivit. Ideo quia ex simplici et pura essentia constat, in aeternum manet[83 - См.

Aurea Нога. Зосима (Berthelot. Alch. Grecs., Ill) цитирует некий герметический источник и говорит, что ? ??o? ???? ????? ????µ???? был именно Адам – или Тот, состоявший из четырех элементов и четырех основных точек. См. также мою работу «Психология и алхимия», абз. 456 и далее. – Примеч. авт. Тот в египетской мифологии – бог мудрости и знания; в гностической и алхимической традициях отождествлялся с Гермесом Трисмегистом. – Примеч. пер. ]). В том же трактате приводятся слова раннего латинизированного арабского философа, известного как Сениор, знаменитого и влиятельного на протяжении всех Средних веков: «Есть одна субстанция, каковая никогда не умирает, ибо она упорствует в непрестанном возрастании». По толкованию, этой субстанцией как раз является второй Адам[84 - См.: Aurea Нога. – Примеч. авт.].

95 Из этих цитат явствует, что круглая субстанция, разыскиваемая философами, была проекцией, чрезвычайно сходной с символизмом наших сновидений.

Мы располагаем историческими документами, которые доказывают, что сны, видения, даже галлюцинации часто примешивались к великим философским трудам[85 - См. мою работу «Психология и алхимия», раздел «Религиозные идеи в алхимии». – Примеч. авт.]. Наши предки, обладая умственной конституцией наивнее нашей, прямо проецировали содержания бессознательного на материю. Впрочем, материя легко принимала такие проекции, поскольку в то время она считалась практически неведомой и непостижимой сущностью. А там, где человек встречается с чем-то таинственным, он без всякой самокритичности проецирует на это нечто свои догадки. В наши дни, конечно, химическая материя приобрела широкую известность, и потому мы уже не можем воспроизводить проекции с легкостью, присущей нашим предкам. Нужно наконец признать, что тетрактис является принадлежностью психического; мы до сих пор не знаем, не окажется ли он тоже проекцией в более или менее отдаленном будущем.